США во Второй мировой войне. Мифы и реальность

Тем не менее пройдет еще значительное время до осуществления требуемой высадки, пока военная техника не сможет быть переброшена в Англию со средиземноморского военного театра, где она все еще была по-прежнему необходима для операций в Италии летом 1943 года. Только весной 1944 года западные союзники наконец-то совершать прыжок через Ла-Манш, прыжок, который войдет в историю как операция «Оверлорд». В то же время западные союзники также получили определенные преимущества от своего присутствия в районе Средиземного моря. В то время как Красная армия продолжала бороться с германскими нацистами в своей стране, американцы и англичане получили возможность вывести Италию из войны. Таким образом, на их долю выпадала честь – но и ответственность – стать первыми, кто уничтожит фашистский режим и восстанивит демократию в европейской стране, причем стране большой и важной. К сожалению, нельзя сказать, что в этом отношении западные союзники проделали замечательную работу. С военной точки зрения итальянская кампания вряд ли может считаться успешной: после того, как итальянцы сами выбросили белый флаг, не смирившиеся с этим немцы смогли оказать эффективное сопротивление относительно малыми силами до самого конца войны, так что не было никакой надежды на продвижение союзников из Италии на далекий Берлин. Но гораздо более важным был тот факт, что союзники напортачили в политическом отношении. Взятый ими курс действий во время освобождения Италии привел к дополнительной напряженности в оношениях с советским партнером и создал роковой прецедент, который затем будет преследовать Вашингтон и Лондон, когда Сталин позже последует их примеру в странах Восточной Европы, освобожденных Советами. Жестокий и коррумпированный фашистский режим Муссолини был глубоко ненавистен большинству итальянцев, и они приветствовали его падение летом 1943 с облегчением и с энтузиазмом. У их освободителей, американцев и англичан, появилась возможность помочь итальянцам заменить фашистский режим Дуче демократической системой правления. (Кстати, канадские войска сыграли важную роль в итальянской кампании, но Вашингтон и Лондон не привлекли Оттаву к политическому процессу принятия решений). В Италии в политическом и военном отношении действовало значительное по силам антифашистское движение Сопротивления. Это движение пользовалось широкой поддержкой среди населения и намеревалось взять на себя ведущую роль в восстановлении страны. Однако союзники отказались сотрудничать с этим антифашистским фронтом: он был «слишком левым» для них и не только потому, что важную роль в нем играли коммунисты. Было очевидно, что подавляющее большинство итальянских антифашистов выступало за радикальные социальные, политические и экономические реформы, в том числе за ликвидацию монархии. Говорят, что Черчилль в особенности был перепуган призраком таких радикальных реформ по ту сторону Альп, реформ, которые в глазах этого консервативного государственного деятеля представляли собой «большевизацию» Италии. Так что ни планы и пожелания самих итальянцев, ни заслуги и устремления их антифашистского движения не имели для союзников никакого веса. Вместо этого последние заключили сделку с офицерами и политиками, представлявшими традиционную итальянскую влиятельную элиту, такими, как монархия, армия, крупные землевладельцы, банкиры и промышленники и Ватикан. Похоже, союзников не беспокоило, что это была именно та элита, которая сделала возможным приход Муссолини к власти в 1922 году и что ей был очень выгоден его режим, за что эта элита и презиралась большинством итальянцев. Итальянские партизаны были разоружены в военном и нейтрализованы в политическом отношении, за исключением, конечно, находщихся в оккупированной немцами Северной Италии, где они были и оставались силой, с которой нельзя было не считаться. Маршалу Бадольо, бывшему коллаборантуМуссолини, на котором лежала ответственность за ужасные военные преступления в Эфиопии¹⁹⁰ было позволено стать первым главой постфашистского правительства Италии. В освобожденной части Италии новая система подозрительно напоминала старую и поэтому отвергалась многими итальянцами как fascismo senza Mussolini, или «фашизм минус Муссолини»¹⁹¹.