Сталин. Биография в документах (1878 – март 1917). Часть I: 1878 – лето 1907 года

Возникшие среди семинаристов – ровесников Джугашвили кружки сначала были направлены на чтение и самообразование. То, что они с самого начала обставлялись как нелегальные, проистекало из репрессивного режима семинарии, но отчасти, наверное, из-за распространившейся уже среди молодежи будоражившей нервы моды на запретное и нелегальное. Дружными заверениями мемуаристов, что организатором кружков был Сосо Джугашвили, следует пренебречь. Тем более фантастичен рассказ П. Капанадзе, будто уже в 1898 г. Джугашвили остро критиковал Ноя Жорданию и восхищался Лениным («Иосиф сообщил мне, что читал статьи Тулина (Ленина), которые ему очень понравились» и объявил, что непременно должен с ним познакомиться^[166]). Но между строк тех же мемуарных текстов просвечивает действительная картина. Организаторами были старшие ученики семинарии и бывшие семинаристы, а лидером кружка, к которому принадлежал Джугашвили, являлся Сеид Девдориани. Возможно, он действительно ориентировался исключительно на цели самообразования и был недоволен политизацией кружка. Трудно судить, правда ли уже тогда Джугашвили стал выдвигаться в лидеры этого кружка. Любопытно, что аргументы, к которым он по воспоминаниям товарищей тогда прибегал в дебатах, сходны с теми, какими он затем пользовался при работе в кружках рабочих. Слушатели запомнили его выразительную фразу: зачем изучать астрономию, солнце и без нас знает свой путь, а нам нужно учиться бороться за свои права.

Когда появились эти семинарские кружки? Судя по учебным отметкам и содержанию кондуитных записей, никак не раньше третьего класса Сосо, то есть 1896/97 учебного года. К этому периоду относит кружки и официальная биография Сталина, что должно настораживать, так как в официальной версии время его вхождения в революционное движение отодвигалось к более ранней дате.

С. Девдориани вспоминал, что пригласил Сосо присоединиться к уже существовавшему тогда кружку в конце 1896 г.^[167]Приобщение Сосо Джугашвили к революционному движению официальные биографы обычно связывали с влиянием «старшего товарища» Ладо Кецховели. Однако Ладо, знаменитый среди семинаристов из-за забастовки конца 1893 г., вновь приехал в Тифлис только осенью 1897 г. С осени предыдущего, 1896 г., Кецховели работал писцом в сельской канцелярии в Горийском уезде^[168], вернувшись на родину после недолгого пребывания в Киевской духовной семинарии, откуда он был выгнан после обнаружения у него нелегальной литературы. Ладо был привлечен за это к переписке (по принятой тогда делопроизводственной терминологии, это первоначальная форма дознания) при Киевском губернском жандармском управлении и таким образом в глазах друзей стал уже признанным борцом с самодержавием. Но пока он был в Гори, Иосиф Джугашвили находился в Тифлисе, и не известно, виделись ли они в учебном 1896/97 году. Летом 1897 г., уехав на каникулы домой в Гори, Джугашвили должен был застать там Ладо Кецховели. Переезд последнего осенью в Тифлис означал, что появлялась прямая связь между 19-летним Джугашвили и более старшими, хотя тоже молодыми, радикальными марксистами, участниками группы «Месамедаси».

Вероятно, в кружке для чтения Сосо Джугашвили состоял с середины третьего класса, а в сторону большей политизации двинулся в 1897/98 учебному году, когда был уже в четвертом классе. Впрочем, А. В. Островский указывает на воспоминания участников кружка, что уже весной 1897 г., то есть под конец третьего класса, между Джугашвили и Девдориани происходили споры о направлении кружка^[169]. Девдориани учился на класс старше и в мае 1898 г. вышел из семинарии и уехал из Тифлиса в Юрьевский университет. Место лидера читательского кружка стало вакантным, Иосиф Джугашвили остался без соперника.