Читаем Сталин. Биография в документах (1878 – март 1917). Часть II: лето 1907 – март 1917 года полностью

Департамент полиции препровождает при сем вашему высокоблагородию для соображений при розыске вырезку из № 30 (от 12/25 января 1913 года) газеты «Социал-Демократ», заключающую в себе заметку по вопросу о национализме в связи с программой Российской социал-демократической рабочей партии.

[Приложена вырезка из газеты со статьей Сталина «На пути к национализму. Письмо с Кавказа»]

Отношение вице-директора Департамента полиции Виссарионова и заведующего особым отделом Еремина начальнику Тифлисского ГЖУ, 22 февраля 1913 г., № 95364

ГА РФ. Ф. 102. Оп. 243. ОО. 1913. Д. 5. Ч. 79. Л. 1.


№ 65

Сталин:

С.-Петербург, 17 февраля 1913 г., Вена (XII), г-ну Трояновскому, Шленбруннер-Шлесстрассе, № 30, т. 7.

Ну-с, друзья, приехал. Пока ничего определенного не могу сообщить. Вакханалия арестов, обысков, облав, – невозможно видеться с публикой, нужно подождать до 21 февраля. Успел видеться только с шестеркой. Результат – «приветствие работницам» 7 депутатов. Представьте себе, Маньков подписался (прочие отказались; им было предложено с ехидною целью, так сказать, в целях «динства», хе-хе, и вдруг неожиданность, – Маньков согласился). Все бывает. С Ветровым увижусь завтра. Закупорился черт, никак не найдешь. С «Правдой» дела идут. 35–40 тысяч тиража. «Луча» – 10.000. Для «Луча» не мало, хе-хе. Наши сплошь заболели[689]. Нужны здоровые люди до зарезу, до глупости.

До следующего письма. Привет Галиной. Галочке пришлю шеколад. Жду с нетерпением латышку – хочу поехать с ней в Ригу, одному поехать скучно.

Копия перлюстрированного письма Сталина А. Трояновскому, 17 февраля 1913 г. Вх. 553х -18 февраля 1913 г.

ГА РФ. Ф. 102. Оп. 243. ОО. 1913. Д. 5. Ч. 57. Л. «Б». Л. 21 (машинописная копия, снятая при перлюстрации).


№ 66

Вице-директор Виссарионов:

Департамент Полиции сообщает вашему высокоблагородию дальнейшие агентурные сведения о лицах, принадлежащих к местной социал-демократической организации […]

2) Помянутый в записке вашего высокоблагородия от 13 февраля за № 2756 «Коба», в установке Джугашвили, вернулся в Петербург; настоящее его местожительство неизвестно, но имеются сведения, что он останавливался в Петербурге по адресу: Большой Сампсониевский проспект, д. № 16, кв. 63[690] […]

Отношение вице-директора Департамента полиции Виссарионова в Петербургское ОО, 20 февраля 1913 г., № 95238

ГА РФ. Ф. 102. Оп. 242. ОО. 1912. Д. 5. Ч. 57. Л. «В». Л. 56–56 об.

Опубликовано: Архивные материалы о революционной деятельности И. В. Сталина. 1908–1913 гг. С. 30.


№ 67

Сталин – Ленину:

С.-Петербург, 25 февраля 1913 г., Бреславль (Германия), Густаву Титце (фабриканту сигар), Гумбольштрассе, 8.

Здравствуйте друзья. Получили ли мое первое письмо.

1) В кооперативе дела обостряются. Наши стоят крепко. Те наступают, собственно наступали. Но теперь роли переменились. Посмотрим, что выйдет. Я рад, что № 3 и № 6 работают дружно. Одно нехорошо: сведущих лиц нет, или почти нет. Я один не смогу угнаться за всем. Помогайте. 2) В В. дела неважно обстоят. У нас в руках все права, но сил нет, легальных сил. Система руководства извне ни к чему, это все сознают. С № 46 я буду посылать по статье или по две, но это не есть, конечно, руководство. Повторяю, нужны люди не внутри В. и непременно легальные. Мы хотим пригласить Сурена и Молония. Пусть Ильич немедля пишет нам: имеет ли что против такого приглашения. Алексей пропал куда-то, как только появится на горизонте – поймаем и пристроим. А он должен появиться. Д. Бедный обеспечен. Бина[691] уехала в Москву по делу Московской газеты. Должно быть дела пойдут хорошо. Да, представьте себе: Ольминский сделался зубастым, – клянусь собакой. Даже химик – эх-ма. 3) Ветрова увижу сегодня, не мог никак поймать, закупорился черт ввиду вакханалии арестов. Напишу о нем. 4) Виделся с Красом. Говорили с вечера до утра, черт меня дери. Денег у него, по-видимому, нет. «Около трех тысяч пожалуй достану». Я сказал, что «руб. 1000 пожалуй достанем». Он обрадовался и сказал, что если это нужно, то он «сегодня же» поедет, лишь бы дали ему деньги на проезд. Ввиду денег я ответил уклончиво, тем более, что № 3 очень недоверчиво относится к нему. Условия Краса: 1) Дать ему, Красу, газету на старых, звездовских началах. Т. е. он хозяин и нанимает, кого найдет нужным. Само собой понятно, он, Крас, по-старому бек и будет на страже в духе соответствующем. 2) У него в редакции будут кроме него самого Гегечкори и Покр., причем Гегечкори требует, чтобы Костров был принят в число сотрудников, на что Крас согласен. Крас думает провести Гегечкори: он не поместит ни одной статьи Кострова, хотя формально последний и будет числиться сотрудником, и таким образом мало по малу подвергнут Гегечкори такой же эволюции, какой он подверг одно время Покровского. Словом, маленькая авантюра. Я ему сказал, что могу ответить не ранее двух недель. Он поехал в Москву к Никитичу по «частным делам», а ходят слухи, что едет за деньгами. Быть может, не мешало бы дать ему рублей 100 на поездку к вам. Стоит ли, – право, не ручаюсь. Я еще поговорю с ним.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Третий звонок
Третий звонок

В этой книге Михаил Козаков рассказывает о крутом повороте судьбы – своем переезде в Тель-Авив, о работе и жизни там, о возвращении в Россию…Израиль подарил незабываемый творческий опыт – играть на сцене и ставить спектакли на иврите. Там же актер преподавал в театральной студии Нисона Натива, создал «Русскую антрепризу Михаила Козакова» и, конечно, вел дневники.«Работа – это лекарство от всех бед. Я отдыхать не очень умею, не знаю, как это делается, но я сам выбрал себе такой путь». Когда он вернулся на родину, сбылись мечты сыграть шекспировских Шейлока и Лира, снять новые телефильмы, поставить театральные и музыкально-поэтические спектакли.Книга «Третий звонок» не подведение итогов: «После третьего звонка для меня начинается момент истины: я выхожу на сцену…»В 2011 году Михаила Козакова не стало. Но его размышления и воспоминания всегда будут жить на страницах автобиографической книги.

Михаил Михайлович Козаков , Карина Саркисьянц

Биографии и Мемуары / Театр / Психология / Образование и наука / Документальное
«Смертное поле»
«Смертное поле»

«Смертное поле» — так фронтовики Великой Отечественной называли нейтральную полосу между своими и немецкими окопами, где за каждый клочок земли, перепаханной танками, изрытой минами и снарядами, обильно политой кровью, приходилось платить сотнями, если не тысячами жизней. В годы войны вся Россия стала таким «смертным полем» — к западу от Москвы трудно найти место, не оскверненное смертью: вся наша земля, как и наша Великая Победа, густо замешена на железе и крови…Эта пронзительная книга — исповедь выживших в самой страшной войне от начала времен: танкиста, чудом уцелевшего в мясорубке 1941 года, пехотинца и бронебойщика, артиллериста и зенитчика, разведчика и десантника. От их простых, без надрыва и пафоса, рассказов о фронте, о боях и потерях, о жизни и смерти на передовой — мороз по коже и комок в горле. Это подлинная «окопная правда», так не похожая на штабную, парадную, «генеральскую». Беспощадная правда о кровавой солдатской страде на бесчисленных «смертных полях» войны.

Владимир Николаевич Першанин

Биографии и Мемуары / Военная история / Проза / Военная проза / Документальное
50 знаменитых царственных династий
50 знаменитых царственных династий

«Монархия — это тихий океан, а демократия — бурное море…» Так представлял монархическую форму правления французский писатель XVIII века Жозеф Саньяль-Дюбе.Так ли это? Всегда ли монархия может служить для народа гарантией мира, покоя, благополучия и политической стабильности? Ответ на этот вопрос читатель сможет найти на страницах этой книги, которая рассказывает о самых знаменитых в мире династиях, правивших в разные эпохи: от древнейших египетских династий и династий Вавилона, средневековых династий Меровингов, Чингизидов, Сумэраги, Каролингов, Рюриковичей, Плантагенетов до сравнительно молодых — Бонапартов и Бернадотов. Представлены здесь также и ныне правящие династии Великобритании, Испании, Бельгии, Швеции и др.Помимо общей характеристики каждой династии, авторы старались более подробно остановиться на жизни и деятельности наиболее выдающихся ее представителей.

Наталья Игоревна Вологжина , Яна Александровна Батий , Валентина Марковна Скляренко , Мария Александровна Панкова

Биографии и Мемуары / История / Политика / Образование и наука / Документальное