Сталин. Человек, который спас капитализм

Спад 2001 года? Как это стало возможным? На протяжении последних трех лет второго срока Клинтона бюджет показывал все возрастающий профицит, превышение доходов над расходами. Даже в первый год президентства Буша бюджет все еще оставался в плюсе. Большинство американцев были уверены, что страна встала на верный путь развития экономики. И обвинения в массовом обвале курса акций были адресованы нью-йоркской фондовой бирже и NASDAQ, небольшой биржевой площадке, где торговались акции преимущественно компаний, развивающих высокие технологии. Акции на бирже NYSE потеряли в цене около 30 процентов стоимости, а на бирже NASDAQ — практически 80 процентов. В результате обсуждения возникло такое объяснение падения цены активов: биржи пользовались тем, что цены на акции намеренно завышены, по каковым завышенным ценам их и покупали обычные инвесторы. Такое объяснение событий находится за границами логики. Поднятие цен на акции, которое началось в 1984 году, было связано с укреплением рынка «быков» в результате прихода на рынок профессиональных инвесторов, осознавших важность персонального компьютера для всемирного роста бизнеса. И несущественно, на какой бирже торговались эти акции — на большой площадке или на NASDAQ.

Некоторым (дилерам) с Уолл-стрит это показалось неким повторением, репликой того рынка «быков», который начался на заре 1960-х и продлился лет десять, до тех пор, когда США отменили золотой стандарт и начался нефтяной кризис. В том случае последовал бум после внедрения транзисторов и интегральных цепей, а потом этот оживляющий эффект был усилен системой опционных (льготных) акций и целой вереницей слияний (крупных компаний). Учреждение конгломератов и агломератов были придумано для увеличения цены акций, поскольку приобретения активов прибавляют компании объем и увеличивают ее прибыли. Но вышеупомянутый бум был цветочками по сравнению с теми ягодками, которые ожидали эти компании при наступлении революционной Эры Информации. Персональный компьютер и разнообразные способы его использования оказали глубокое воздействие на все отрасли промышленности и бизнеса во всем мире. Многие ожидали долговременного эффекта от этих изменений, сравнимого с таковым во времена Промышленной Революции.

Подпитываемый публичным интересом к акциям компаний, которые вели общество к Эре Информации, индекс Доу-Джонса к 1991 году превысил отметку в 3000. На протяжении следующих четырех лет Доу-Джонс продолжал расти, по мере того как на рынок заходили новые (случайные) инвесторы. В феврале 1995 года индекс перевалил точку в 4000. Видя, что рынок «быков» находится на взлете, опытные брокерские компании стали раздувать ажиотаж, заманивая в сети фондового рынка множество любителей, которые понятия не имели, как нужно вкладывать деньги в акции. В результате к ноябрю 1995 года Доу-Джонс вырос до 5000; меньше чем через год — до 6000; еще через полгода — до 7000; в июле 1997 года он составил 8000 пунктов! По мере того как все новые и новые массы новоявленных инвесторов вкладывали деньги в акции, росли и доходы бюджета, за счет пропорциональных отчислений от налогов на их прибыль. Так что доходы бюджета росли за счет этого. Вовсе не из-за налоговых льгот Клинтона и сокращения правительственных расходов конгрессом бюджетный год 1998-й закончился в плюсе, но именно из-за этих новых «рантье».

К 1998 году, когда был впервые достигнут бюджетный профицит в 69 миллиардов долларов, возрастание правительственных расходов достигло 142 миллиардов. В 2000 бюджетном году, когда биржевое безумие дошло до своего апогея, когда Доу-Джонс превысил 11 000 и приближался к 12 000, a NASDAQ превысил 5000, федеральный бюджет был сведен с положительным сальдо в более чем 236 миллиардов долларов, хотя Казначейство планировало 175 миллиардов. Несмышленый бюджетный комитет конгресса уже проектировал бюджетные профициты аж на десять последующих лет.

Но в этом ажиотаже был утерян здравый аналитический рассудок, который пытались привлечь для объяснения подоплеки этого невероятного профицита бюджета. Хотя в Казначейство поступали все новые доходы от прибылей жиреющих акционеров, но еще большее значение имел доход от Фонда социального страхования, средства из которого использовали для покрытия дефицита бюджета.