Сталин. Человек, который спас капитализм

Промышленная революция, произошедшая в Соединенных Штатах, начиная с прокладки железных дорог, продвинула страну на позиции лидирующей мировой индустриальной державы. Численность населения намного превышала таковую в любой из европейских стран. От Восточного побережья до Тихого океана открывались огромные возможности. Даже в бывших штатах Конфедерации, которые оставались в дремотном застое во времена, когда Север и Запад испытывали необычайный экономический рост, появились люди, создавшие практически монопольное производство сигарет, со временем заменивших жевательный табак и сигары. Это был период изобретений, что и отличало Соединенные Штаты от других стран. Каждая сфера этого огромного и не заполненного пока пространства требовала особого подхода. Это могла быть простая домохозяйка, которая изобрела колючую проволоку, чтобы скот не уходил в поля и не терялся там. Америка была страной, которая вновь и вновь изобретала себя заново. К началу XX века прежде сельскохозяйственное общество превратилось в нацию огромных и перенаселенных городов. Одни сельские парни, которые сделали состояние после Гражданской войны, уступили место другим деревенским парням, вроде Генри Форда, который разработал концепцию конвейера и за счет мощи своего интеллекта смог платить своим рабочим столько, сколько было немыслимо в то время, и его рабочие могли себе позволить купить автомобили собственной сборки!

Появилось новое племя миллионеров, которые посвятили себя развитию индустрии в большей степени, чем манипуляциям вокруг железных дорог и биржевых акций. Американская индустрия расширялась и затвердевала одновременно. Конкуренция была жестокой, и в конечном счете более сильные компании пожирали менее успешных соперников. Возникновение крупнейшей в мире корпорации United States Steel произошло в результате десятков слияний малых производителей стали. Тот же процесс повторится через несколько десятилетий с автомобильной промышленностью.

Все подобные слияния происходили в меньшем масштабе и в Британии и Западной Европе. Но существовало два отличия между этими процессами по две стороны Атлантики. В Старом Свете, в Европе, по причине отсутствия притока массовой иммиграции, рабочие организовывались в профсоюзы. Из этих профсоюзов впоследствии вырастет социалистическое движение, нацеленное на поднятие жизненных стандартов рабочего класса.

В Соединенных Штатах не существовало сходного политического движения. Благодаря политике «открытых дверей» для иммигрантов, здесь всегда был огромный запас дешевой рабочей силы. Даже попытка организовать независимых фермеров удалась только на короткий срок.

Другим важным различием этих двух миров была разница в жизненных стандартах. При всей эксплуатации, американский рабочий приносил «в дом» в среднем больше, чем европейский. Это различие и позволяло американской экономике расти быстрее, чем в европейских странах. Относительное экономическое благополучие тоже играло важную роль в свертывании профсоюзного движения и недоразвитии социалистических организаций. Для иммигрантов, прибывающих в Штаты из Европы, в последнее время — особенно из Восточной и Южной, стандарты жизни в новой стране казались настоящим чудом по сравнению с теми условиями, в которых они находились у себя на родине. За исключением немногих интеллектуалов, идея о том, что труд эксплуатируется капиталом, никогда не посещала их мозг. Любой человек, мужчина или женщина, мог найти работу, если желал работать. Большинство из них были малообразованны и простодушны. Некоторые даже проявили достаточный идиотизм, чтобы вложить свои сбережения в акции или тому подобную обманную дребедень, в надежде обогатиться без особого труда. И все равно, пока работа была доступна для всех, Америка казалась лучшей страной в мире.

Крах рынка акций в 1929 году и Великая депрессия привели к последующей безработице, которая потрясла устои этой сытой американской мечты. Теперь многим показалось, что безудержный индивидуализм и навязчивый оптимизм ушли в прошлое навсегда. Впервые с момента возникновения страны большая часть населения была напугана и растеряна. Капитализм по принципу «пусть идет как идет», выработанный этой крупнейшей экономикой мира, уже не выглядел ответом на жизненные вопросы.