Сталин. Человек, который спас капитализм

Британский лейтенант-губернатор Роберт Дивидди, в сотрудничестве с богатыми виргинскими плантаторами, профинансировал первую попытку Джорджа Вашингтона заявить претензии на земли по ту сторону Аппалачей, где властвовала Франция. Это спровоцировало войну с Францией и в конечном счете привело к удалению Франции из Северной Америки. Британцы, исходя из обладания значительной территорией, простирающейся от гор Аппалачи до Миссисипи, пытались удержать колонистов от освоения новых земель, полагая, что так может возникнуть нация более мощная, нежели британская (исходная). Но американцам освоить всю эту землю было под силу. Для сдерживания «авантюристов» британцы отрядили армию в 10 тысяч солдат, но затем потребовали, чтобы американцы платили за содержание этих солдат. В первое время 13 различных колоний имели общий интерес — захват и эксплуатация огромной и неосвоенной территории. Но Джордж Роджер Кларк с 175 вооруженными пограничниками и при содействии французских поселенцев выбили британцев с этих территорий и обеспечили там власть Соединенных Штатов в мирном договоре, который был заключен в конце войны (Война за независимость. — Прим. пер.). Герцог Веллингтон, знаменитый британский национальный герой и победитель Наполеона при Ватерлоо, сделал жесткое суждение о том, что Америка слишком большая страна, чтобы ее завоевать, и закончил войну 1812 года.

Те, кто занимался морской торговлей, были не менее агрессивны, чем те, кто захватывал земли в своем стремлении к обогащению. Еще до начала революционной войны они нарушали все правила, установленные британским Адмиралтейством, которое запрещало торговать иностранными изделиями на Карибах. Контрабанда стала стилем жизни, и он иногда приводил к личному успеху. Для британцев такое отношение к закону ради личного обогащения было неприемлемым. Когда Британия была владычицей морей и не нуждалась больше в грабительских налетах на испанские галеоны, она считала, что во всех колониях преклонят голову перед ее величием. В британском обществе каждый знал свое место и жил соответственно. В американских колониях приобретение богатства стало превалировать над британской традицией или обычаем. Возможно, бессознательно, но это было как обрыв пуповины с матерью-родиной, почти в физиологическом смысле. Хотя эти колонии были отделены друг от друга географически, экономически, различались в климатических условиях и религиозных особенностях жителей, у них было одно общее — свобода. Британцы дали им свободу создать свое собственное общество. Поэтому они (американские колонии) и не были колониальными владениями в строгом смысле этого слова. Нельзя было считать их и протекторатом, поскольку они имели свои финансы, самостоятельно вели собственное хозяйство, за исключением некоторых ограничений в торговле. Поэтому они были очень недовольны вводом прямого налогообложения, что и привело в конечном счете к американской революции. Для парламента и вообще для британского истеблишмента колонисты были скверными ребятами, которых нужно хорошенько отшлепать. А американцы-колонисты, которые прожили здесь больше ста пятидесяти лет, чувствовали себя достаточно зрелыми, чтобы обойтись без строгого папы. Аналогия вполне зримая. Американские торговцы задумали бойкот импорта британских товаров как знак протеста против Закона о гербовом сборе (Stamp Act). Когда он в конечном счете был отменен, британцы послали в Нью-Йорк письмо с тонкими дипломатическими маневрами.

Подобные ранние примеры стремления американцев к богатству и независимости от авторитетов могут охарактеризовать и рост экономики этой страны. В бесклассовом обществе единственным различием (между классами) могло стать богатство. Хотя революция была совершена людьми из различных сфер жизни, американский истеблишмент, находившийся поневоле на острие революции, вовсе не жаждал установления демократии. Только состоятельные люди были отобраны для того, чтобы ехать в Филадельфию и составить там конституцию для всей нации. Их побудительным мотивом было создать систему, которая предотвратила бы установление демократии.