Сталин и заговорщики сорок первого года. Поиск истины

Бивербрук. Он находится в доме, обнесенном проволокой, с решетками на окнах. Он мне вручил меморандум в 40–50 страниц, собственноручно им написанных, где развивается тезис против России. Он жаловался, что его, приехавшего спасти Англию, держат за решеткой и не разрешают даже переписываться с родными. Он особенно настаивает, чтобы ему разрешили снестись с Гитлером. По моему личному мнению, которого не разделяет Черчилль, Гесс приехал с чьего-то ведома в Англию, рассчитывал приземлиться, вызвать через своих сторонников движение против английского правительства и затем улететь обратно. Но его, очевидно, не встречали в условленном месте или не подавали нужных сигналов, горючее вышло, и Гессу пришлось спуститься на парашюте. Черчилль же думает, что Гесс ненормален».

Понятно, что по данной стенограмме прошлась безжалостная рука цензора, но, тем не менее, даже то, что есть, представляет интерес. Приведенное высказывание лорда Бивербрука, звучит прямо таки, как научное пособие для историков-демократов будущих поколений. Черчилль, для постановки диагноза Гессу, наверное, проконсультировался у Гитлера, через Шеленберга?

Обратимся, кстати, к мемуарам упомянутого Вальтера Шеленберга под названием «Лабиринт». К любым мемуаристам надо относиться критически, тем более к деятелям Третьего рейха, и особенно к таким высокопоставленным, как Шеленберг, но тем не менее, интересующие нас факты по Гессу в его воспоминаниях есть. Он пишет, что «дело Гесса отошло на задний план. Но я продолжал заниматься им. Мне было поручено собирать сведения о Гессе, его поведении и состоянии интеллекта. Я также должен был создать условия для переписки его с женой».

Ну, вот вам и канал связи Гесса с товарищами по партии, т. е. разумеется, по Шеленбергу, с любимой женой. Вне всякого сомнения, условия для переписки были созданы. Кто бы сомневался!

«Через некоторое время английские власти разрешили ему такую переписку (правда, с некоторыми ограничениями) через Международный Красный Крест в Швейцарии. Мне было поручено следить за ней, так как это все делалось без ведома Гитлера…».

Так как мемуары Шеленберга были изданы в Америке (в конце работы узнаете, почему?), то приплетать Гитлера к данным событиям тамошние редактора сочли за лишнее. Пусть руководитель Третьего рейха будет в неведении того, что творят его подчиненные. К тому же, говорилось, что Гитлер очень был «обижен» на Гесса, что тот «тайно улетел» к англичанам. Представьте его, Гитлера, расстройство, когда узнает, что, ко всему прочему, Гесс ведет переписку со своей женой оставшейся в Германии. Не переживет, видимо, таких известий.

«Ответы Гесса приходили регулярно. По большей части они касались личной жизни. В письмах он выражал самую глубокую любовь и преданность жене и сыну. В остальном смысл их понять было очень трудно. То были намеки на какие-то разговоры с женой или третьими лицами в прошлом. Я удивлялся, почему английские цензоры пропускали эти письма. Вероятнее всего, после тщательного врачебного обследования Гесса было решено, что мистические и маниакальные мотивы представляют больший интерес для психиатров, чем для политической цензуры».