Сталин и заговорщики сорок первого года. Поиск истины

Вот, налицо, противоположная ситуация. Юрий Мухин в книге «Крестовый поход на Восток» описывал ситуацию со скандинавской страной, происходящую, практически, в то же время. Наше правительство, чтобы отодвинуть границу от Ленинграда, предлагало финнам в обмен территорию, вдвое превосходящую по площади требуемую. И что? Финны, в ответ на предложения, тупо уперлись: нет! Но, ведь, выгода была же, очевидна. Даже Маннергейм, в общем-то, был согласен. Но Суоми, видите ли, хотели повоевать с Советским Союзом. С точки зрения дипломатии, и в этом деле — полный абсурд. К чему клоню? Чего не сделаешь, ради войны или целей, которые скрыты за вооруженным конфликтом! Чем, дело-то кончилось? Взяли у финнов силой требуемую территорию и обложили их еще и контрибуцией. Кто-нибудь может внятно пояснить, смысл финской дипломатии?

Разумеется, он есть, но эта деликатная тема требует отдельного разговора, так как военный конфликт (и не только с Финляндией) — это повод для решения очень сложных политических процессов происходящих в кулуарах скрытых от постороннего глаза. Со временем постараюсь осветить эту не простую для понимания тему.

Теперь вернемся к нашим главным фигурантам-заговорщикам. Если рассматривать, в свете выше изложенного, фигуры Тимошенко и Жукова, как «самостийников», то, как бы ни заманчиво было бы поставить их во главе Кремлевского заговора, все же они, думается, представляли простых исполнителей, не лишенных, разумеется, определенных личностных амбиций.

Пословица: «С кувшинным рылом, да в калашный ряд!» — это прямо в адрес Жукова. Ведь, неуч же был, однако гонору на двух генералиссимусов хватало.

Примером амбиций (как поверхностный взгляд на данное дело) служит осуществленный заговор 1953 года. О Семене Константиновиче тогда уже успели подзабыть, а вот Георгий Константинович, сам уверял читателей, что был в числе первых активистов. В итоге стал министром обороны, но поместьями с крестьянами наделен не был и, более того, проявив свойственный ему гонор, тут же, слетел со своего поста. Другие люди правили бал, как в пятидесятые, так и в те, сороковые годы. Без военных трудно бывает обойтись в таких «щекотливых» делах как заговор, а в последующем — государственный переворот, но к рулю власти, затем их, военных, как правило, близко не допускают.

Могут возникнуть вопросы: «Что двигало Жуковым и, тем же Тимошенко, примкнуть к стану заговорщиков? Какими же мотивами они руководствовались, являясь членами коммунистической партии? Кроме того, они занимали высокие военные посты. Неужели, такое возможно?»

А заговорщики 1937 года из стана Тухачевского? Разве они занимали не ведущие посты в Красной Армии, советских и партийных органах? Кроме того, партийный билет в кармане, не есть идейное содержание конкретного коммуниста. Сколько их было настоящих, среди тех 18 миллионов в недавнем прошлом Советского Союза? К тому же мелкобуржуазная сущность Георгия Константиновича, ярко проявилась по окончанию войны. Мародерничал! Ведь, вагонами измерялось вывезенное добро из Германии. И он, в генеральской среде, был далеко не одинок. Подробнее, этот вопрос хорошо раскрыт в книге Ю. Мухина «Убийство Сталина и Берии». А будь сейчас Жуков, в настоящее время, в современной России на посту министра обороны или хотя бы начальника Генштаба, как в 1941 году, — как думаете? попал бы он в раздел криминальной хроники ведущих российских газет? В смысле, переступил бы закон в попытке личного обогащения за государственный счет. У меня, лично, по такому случаю, сомнений не возникает.

А в том далеком 1941 году, да при удачном стечении обстоятельств, вполне мог стать «превосходительством» с приставкой «господин». Да и пахотной землицы мог прирезать к своему имению немереное количество с бывшими колхозниками. И ничего удивительного в том не было бы, при его то, властолюбивом и подлом характере. Сейчас же это происходит сплошь и рядом, как обычное явление. Тогда стоит ли возмущаться, что этого не могло быть в то время?

Глава 8. В тени Нюрнбергского процесса

Забежим немного вперед по времени и рассмотрим события, произошедшие сразу после окончания войны. Германия разгромлена и осенью 1945 года в Нюрнберге начался суд над главными военными преступниками в лице руководителей Третьего рейха. На этом процессе века находился и главный фигурант нашего расследования — Рудольф Гесс, которого англичане доставили туда из Лондонской тюрьмы. И вот третье лицо руководства рейха оказалось на скамье подсудимых.

Я опускаю «приключения» Гесса на «английской» земле, так как это тема обширная и ей будет уделена отдельная глава, а перехожу сразу к осени 1945 года — Нюрнбергскому процессу.