Сталин и заговорщики сорок первого года. Поиск истины

И произошло это событие (полет Гесса) накануне нападения, именно на нашу страну. Но, разумеется, что к общему знаменателю, все же, Гесс и компания, не пришли (или не дали?), так как военные действия друг против друга, Англии и Германии продолжались до капитуляции последней.

Мы вправе задаться и таким вопросом: «Неужели нельзя было спросить у самого Гесса о цели его полета в Англию?» Тем более что данный обвиняемый сидел в это время в зале суда в Нюрнберге. Кстати, попытали бы его насчет «пятой колонны» в Советском Союзе накануне войны. Представь себе, читатель, что Гесс отказался давать показания и суд никоим образом не стал настаивать на этом. Кроме того, по воспоминаниям бывшей переводчицы Маргариты Неручевой, участвовавшей в работе советских представителей на процессе,

«на заседании 31 августа 1946 года Гесс пожелал сообщить о своей миссии в Англии, но едва успел произнести: „Весной 1941 года...“, как его прервал председатель трибунала англичанин Лоуренс». (http://www.ogoniok.com/archive/2000).

Больше Гесс таких попыток не делал. А нам было бы очень интересно узнать, что же там, в Англии, произошло на самом деле, но, как видите, Гессу сразу заткнули рот. Понятно, что в обмен на молчание, Гессу и была гарантирована жизнь. Но, думается не только за это Гессу дали пожизненное сидение в тюрьме Шпандау. Живой Гесс был, к тому же, наиважнейшим свидетелем, которым можно было шантажировать при удобном случае любого политика причастного к «пятой колонне». Например, в первую очередь, наших заговорщиков, которые могли, в конце концов, захватить власть в нашей стране. Так ведь и случилось в марте — июне 1953 года, когда внезапно «умер» (?) Сталин и через два месяца был убит его верный помощник Л. Берия. То, что Хрущев был на «крючке» у Запада, и в первую очередь США, становится понятным из-за проводимых им «реформ», в результате чего стране был нанесен колоссальный урон. Хрущевские метастазы, как раковая опухоль поразила здоровый организм советского общества, и привели, в конце концов, к его гибели. Недаром, Черчиллю приписывают слова, где он, говорил, что Никита Сергеевич во много раз превзошел его самого по части нанесения вреда Советскому Союзу.

Поэтому, в дальнейшем, как я уже упоминал ранее, и велась своеобразная игра с Западом по «не выпусканию» Гесса из тюрьмы между нашими постсталинскими руководителями государства и лидерами Запада.

Давая интервью российскому корреспонденту Георгию Зотову, сын Р. Гесса — Вольф Рюдигер — Гесс сообщил, что

«еще в 1979 году… (ему) рассказывали высокопоставленные источники правительства ФРГ, Брежнев думал над тем, чтобы дать Гессу свободу: он не хотел, чтобы „все видели, что мы держим в тюрьме больного старика и делали соратника Гитлера мучеником в глазах людей“. У меня есть все свидетельства, что Горбачев тоже намеревался освободить Гесса — это должно было случиться в ноябре 1987 года, когда наступал месяц советского дежурства в Шпандау. Эту акцию хотели приурочить к визиту в СССР президента Западной Германии Рихарда фон Вайцзеккера. Но если бы отец вышел из тюрьмы, то у англичан, мягко говоря, возникли бы проблемы — молчать Гесс не собирался» (www.thepaganfront.com).