Сталин и заговорщики сорок первого года. Поиск истины

Тем не менее, видимо, возникли сомнения в отношении Советского Союза, и, разумеется, именно Гесс и был вызван на ковер в Англию. В Англию ли? — это мы рассмотрим отдельно. Английским «денежным мешкам» нужны были не бумажные заверения (их могли, на том же самолете прислать из Германии полный портфель), а личный контакт особо доверенного лица очень высокого ранга. Но не Гитлер, же полетит? Выбор закономерно пал на Гесса. Сомнения кредиторов были обоснованными. Ведь перед войной в Советском союзе была проведена «зачистка» от деятелей «пятой колонны» в лице Тухачевского и компании. Насколько сильны были позиции их приемников в стране, и должен был доложить Гесс. Как не ему, руководителю всей сети «пятой колонны» не знать истинного положения дел. Надо учитывать и конфиденциальность данной встречи. Обратите внимание, с какой тщательностью было обставлено это дело. Сколько было отвлекающих моментов, которые по мысли устроителей, должны были замаскировать данную операцию. Разные самолеты, двойники Гесса, подставные фигуры из кабинета правительства Англии и прочее. Сроки нападения перенесли с мая на июнь. И ведь, практически все бы получилось, если бы не Сталин. И разумеется, Черчилль, — с другой стороны. Разве Черчилль был заинтересован в «миротворческих» устремлениях Гесса и его сторонников в Англии? Да ни за что на свете!

У нас всегда рассматривается начальный период войны, как закономерное поражение Советского Союза. Это стало, как бы аксиомой. А если бы не наши заговорщики, устроившие погром Красной Армии в приграничных сражениях, где бы оказался Гитлер со своими генералами? Вполне возможно, что Красная Армия «малой кровью» отбила бы июньское нападение Германии и в дальнейшем, смогла бы победоносно дойти и до Ла-Манша, по мысли западных политиков. Запад знал мощь нашей армии по финской войне. Проломить неприступную «линию Маннергейма» в Финской войне, — это знаете, не каждой армии по зубам, чтобы не говорили по этому поводу наши «демократы» от истории. Так что осторожность в отношении Советского Союза у Запада, все же была.