Сталин против Гитлера: поэт против художника

По-хорошему, о том, что «Сталин был серьезно болен, особенно после тяжелейшего напряжения в годы Второй мировой войны», до марта 1953 года никто вслух не говорил. И раздаваться они стали уже в последний момент, когда стали публиковаться бюллетени о состоянии здоровья вождя. Похоже, что речь идет о фальсификации. Тем более интересно выглядит картина, когда смотришь на недавно опубликованные выписки из обследования Сталина перед курортными процедурами в Мацесте в 1947 году: «Диагноз: основной – гипертония в начальной стадии; сопутствующий – хронический суставной ревматизм, переутомление. Пульс 74 в 1 мин. Артериальное давление 145/85». У подавляющего числа людей в возрасте от 40 до 60 лет давление 145 на 85 считается нормальным, а в возрасте старше 60 (Сталину тогда было 67 лет) отвечают норме и гораздо более высокие цифры – 150 на 90. Каким было здоровье вождя в дальнейшем? Вот ошеломляющие выписки из его медицинской карты. Сталину 70 лет. «4.09.50. Пульс до ванной 74 в 1 мин. Давление 140/80. После ванной пульс 68 в 1 мин., ритм. Давление 138/75. Тоны сердца стали лучше. Сон удовлетворительный. Кишечник опорожняется регулярно. Общее состояние хорошее. Кириллов». Сталину 72 года. «09.01.52. Пульс 70, полный, правильный. Давление 140/80». Эти измерения сделаны при сильнейшем гриппе с высокой температурой. Вряд ли каждый, даже гораздо более молодой и здоровый человек может похвастаться подобными цифрами. Обращает на себя внимание и тот факт, что даже о «начальной стадии гипертонии» больше нигде не говорится[158]

. Интересные сведения. Были бы они опубликованы в более серьезном издании – им бы не было цены. Потому что есть и другая информация, заставляющая сделать иные выводы. Например, о том, что осенью 1945 года у вождя случился первый инсульт

[159]

. Никаких медицинских деталей о характере заболевания не сохранилось. Ответственен за это был сам Сталин. Дело в том, что 1952 году он распорядился арестовать своего личного врача Виноградова, к которому он утратил доверие. Попутно по личному распоряжению были уничтожены все медицинские документы, которые могли бы прояснить ситуацию. Что заставило Сталина (или не Сталина?) поступить подобным образом, остается только догадываться. Светлана Аллилуева писала о том, что осенью 1945 года «… отец заболел и болел долго и трудно». Что это было за заболевание, она не сообщает ни слова. С отцом в этот период ей не позволяли ни видеться, ни говорить. Эти и ряд других событий косвенно указывают на то, что у него наблюдалась временная потеря речи. Видимо, поняв, насколько серьезными могут стать последствия следующего инсульта, Сталин полностью меняет свой темп жизни.

После болезни он не просто стал бережнее относиться к своему здоровью, а буквально подчинил своему режиму все государственные дела. С 1946 года он позже и реже появлялся в Кремле, начиная прием лишь в 20, 21 или даже в 22 часа и заканчивал через 3 часа. Дольше трех часов Сталин в Кремле уже не работал и приезжал в свою официальную резиденцию далеко не каждый день. Для решения различных текущих проблем посетители чаще приглашались к нему на дачу, днем или на ужин после полуночи. Большую часть времени проводил в большом лесном парке, в центре которого и была построена его кунцевская дача. В парке ему поставили несколько беседок со столиками. Перемещаясь от одной беседки к другой, он подписывал необходимые документы, прерываясь при первых же признаках усталости. Мало того, он, которого сложно себе даже представить без трубки, бросил курить. Но, несмотря на столь щадящий режим, Сталин опять заболевает, причем весьма странно для человека, за бытом и питанием которого следят самым тщательным образом: диагноз гласит – дизентерия[160]. Все источники, касающиеся этого нового недуга, выглядят очень странно. Настолько странно, что на свет появилась версия о двойнике. О том, что настоящий Сталин скончался именно тогда, в 1947, от отравления, и был заменен послушным двойником. Несколько завирально, конечно, но чем хуже версии о двойниках Гитлера?!