Сталин против Великой Депрессии. Антикризисная политика СССР

Уже в который раз разбирался трактор. Вместе с конструкторами Седовым, Гороховым, Рогозиным механики осматривали каждую деталь. Не так-то просто было выявить дефект. Из-за небрежного исполнения сальниковых уплотнителей цилиндры забивались мелкой пылью. От плохого сопряжения деталей заедали кулак переключения скорости, фрикционы, толкатели клапанов. Долго мучились с намагничиванием магнитных держателей: не было в этом деле опыта. Когда не удалось достать нужных роликоподшипников для червячной передачи, решили сделать их сами. Правда, выходившие из-под резца лучших цеховых токарей подшипники не достигали нужной точности, но использовать их было можно»[56].

В конце концов трактор собрали и завели. Он стронулся с места, проехал несколько метров, заглох и встал как вкопанный. После новой переборки удалось устранить последние дефекты, и тогда уже трактор стал работать более или менее нормально. Первый «Фордзон-путиловец» был готов к 1 мая 1924 года. Первые два трактора показали на первомайской демонстрации в Ленинграде. Потом один из них приехал своим ходом на сельскохозяйственную выставку в Нижнем Новгороде, где соревновался с американским «Фордзоном». Советский трактор оказался не хуже и даже победил в соревановании по вспашке и боронованию.

Это была первая победа советского машиностроения. Однако до полного освоения тракторостроения было еще очень и очень далеко. Кроме «Красного путиловца» решено было попробовать наладить производство тракторов на Коломенском заводе. В 1923 году там удалось сделать и собрать первые два трактора «Коломенец». Производство продолжалось и в дальнейшем, и до 1930 года завод выпустил 206 тракторов[57]. Выпуск был прекращен после пуска Сталинградского тракторного завода.

В 1924 году советское тракторостроение находилось только в стадии зарождения. Но значение этого почина было огромным. Опираясь на массовый выпуск тракторов и перевооружение сельского хозяйства, можно было лишить крестьянина власти над страной. Сталин решился на Великий перелом тогда, когда пуск Сталинградского тракторного завода был уже делом предрешенным, и программа перевооружения сельского хозяйства стала реальностью.

Трудно было заподозрить советское тракторостроение в серьезной конкуренции американским и шведским заводам. 10 тракторов Коломенского завода не могли идти ни в какое сравнение с производством на заводах Форда, где собирались сотни машин в сутки. Казалось бы, еще долго не удастся отказаться от ввоза тракторов. Но Дзержинский резко выступил против замыслов Совета Труда и Обороны увеличить закупки тракторов. 28 июля 1924 года он написал письмо в Политбюро с протестом против решения СТО и с просьбой ускорить решение вопроса о тракторостроении на советских заводах.

Борьба вокруг производственной программы в промышленности продолжалась и приобретала все более упорный характер. 17 июня 1924 года Совет Труда и Обороны вынес постановление по ходатайству Дзержинского: ходатайство отклонить, а производственную программу по паровозам сократить до 28 млн. рублей, то есть урезать заказ НКПС на сто паровозов. В СТО взяла верх позиция Сокольникова, который стоял за сокращение финансирования промышленности.

Это было поражение. Работа ВПК, после трех месяцев оказалась сорванной, а результаты уничтожены. 19 июня, через два дня после отказа СТО увеличить программу, Дзержинский пишет письмо в Политбюро ЦК, Сталину и созывает заседание ВПК. В записке Сталину Дзержинский указал, что Совет Труда и Обороны своим решением фактически отменил все решения Высшей правительственной комиссии, и попросил рассмотреть этот вопрос на заседании Политбюро.

В один день собрались на заседания Политбюро и ВПК, на которых был поставлен один и тот же вопрос: состояние металлопромышленности. В хозяйственном штабе Дзержинского, обсудив вопрос, решили прибегнуть к политическому методу решения этого противоречия. Нужно сделать три вещи: сосредоточить управление металлопромышленностью в одних руках, обратиться к работникам промышленности с просьбой о помощи и создать единый промышленный бюджет.

До этого управление металлопромышленностью было разделено между несколькими хозяйственными органами. Заводы, как хозяйственные единицы, были включены в тресты, которые подчинялись Центральному управлению государственной промышленности, сокращенно ЦУГПРОМ ВСНХ. Это управление объединяло все государственные промышленные предприятия независимо от отрасли. Кроме него, в структуре ВСНХ было Главное экономическое управление, ГЭУ, которое занималось планированием и контролем. А также в той же структуре ВСНХ были главки, такие, как Главметалл, которые занимались вопросами производства, распределения и сбыта металла. В Президиум ВСНХ информация о состоянии металлопромышленности подавалась вместе и вперемежку с информацией о состоянии, например, текстильной или кожевенной промышленности и от разных отделов, каждый из которых излагал свою точку зрения.