Сталин против Великой Депрессии. Антикризисная политика СССР

И так какую область ни возьми. Нет нормальной литературы о самом выдающемся военачальнике Красной Армии – М.В. Фрунзе, хотя его вклад в победу в Гражданской войне самый важный. В той, что есть, Фрунзе предстает командиром не то сталинской, не то ленинской школы. О том, как он реорганизовал Красную Армию в 1924–1925 годах, вообще молчок. Есть об этом только одна книга И.Б. Берхина, но за политкорректным стилем в ней ничего не понятно. Мол, были трудности, успешно решенные.

Почти ничего не известно о конструкторах вооружения Красной Армии, о первых авиаконструкторах Советского Союза. Кто проектировал Туркестанско-Сибирскую железную дорогу, Байкало-Амурскую магистраль, трассу Абакан – Тайшет, которая была спроектирована до войны и разведана в 1943 году, железную дорогу Норильск – Лабытнанги? Имена этих людей неизвестны большинству даже историков-специалистов.

А вообще-то говоря, об этих людях надо рассказывать в школах и в институтах, писать и издавать о них книги, их именами называть города и улицы. Вот были у нас люди, которые могли сворачивать горы и строить заводы-гиганты в чистом поле. Чтобы добиться процветания России, в первую очередь нужно твердо помнить имена выдающихся полководцев, инженеров, ученых, индустриализаторов и следовать их примеру. Вот в Германии вокруг главного немецкого индустриализатора Круппа целый культ создали. А у нас?

Получив поддержку Политбюро, Дзержинский развернул в ВСНХ кипучую деятельность. Требовалось развернуть агитацию среди работников металлопромышленности, обследовать состояние трестов, производящих металл и металлоизделия, довести до конца разработку производственных планов и программ.

Через три дня, 21 июня 1924 года, Дзержинский обращается в ЦК ВКП(б) с новой просьбой о пересмотре состава Главметалла ВСНХ. К письму он приложил список членов нового правления Главметалла. ЦК приняло его предложение. Еще через две недели, 3 июля, Политбюро расширило состав ВПК до 14 человек. Туда были введены: И.И. Лепсе, председатель ЦК профсоюзов металлистов; П.И. Судаков, председатель правления Главметалла; В.Я. Чубарь, председатель Совнаркома Украины; С.С. Лобов, председатель Северо-Западного промбюро; Д.Е. Сулимов, председатель Уральского облисполкома; А.Ф. Толоконцев, председатель треста ГОМЗ[60].

Одним словом, к работе по развитию металлопромышленности были подключены все, кто имел отношение к самым важным районам, где производился металл или были сосредоточены крупные промышленные предприятия.

ВПК занялась формированием и расчетами единого промышленного бюджета. Нужно было рассчитать потребности в металле, угле, руде, рассчитать стоимость их добычи и производства, согласовать с требованиями Наркомфина. Теперь это можно было осуществить, так как появилась твердая и надежная расчетная единица – червонец.

В ходе работы над единым промбюджетом члены ВПК убедились в том, что не могут вписать в него даже минимальные планы. Остро не хватает средств даже для достижения минимально необходимого для развития промышленности уровня производства металла, даже для полного покрытия потребности в металле.

Попытка решения путем поднятия рыночных цен на металлоизделия уже потерпела крах. Дзержинский поэтому пошел другим путем. Нужно сократить, и сократить кардинально, издержки в производстве металла. Они складываются из двух частей: затрат на топливо и руду и накладных расходов. 16 июля 1924 года ВПК внесла в Госплан предложение: установить плановые цены на топливо и руду для государственной промышленности на уровне фактической их себестоимости. Это сразу бы дало удешевление металла на 40 % и соответственно рост производства. А вторая часть решения, сокращение накладных расходов, чуть позже вылилось в целую кампанию за режим экономии в промышленности.

Продолжаются споры вокруг финансирования металлоемких программ. Совет Труда и Обороны передал решение этого вопроса в Госплан. ВПК 30 июля поручила Главметаллу составить план судостроения на следующий 1924/25 год в размере 18,9 млн. рублей, из которых 15 млн. будет покрыто государственными ассигнованиями, а остальное – внутрипромышленными накоплениями. Но Госплан не согласился с этим планом и настаивал на цифре 10 млн. рублей. 10 сентября 1924 года Совет Труда и Обороны принял вариант Госплана и утвердил программу судостроения на 1924/25 год в размере 10,5 млн. рублей[61]. На эти деньги можно было построить только одно судно.