Становление иранской регулярной армии в 1879—1921 гг.

Персидская регулярная армия состояла из 10 тумани — дивизий, каждая под командованием эмир-тумана. Каждая дивизия делилась на 10 фоуджей — полков по 800 человек[258]. Теоретически, в течение трех лет, каждый сарбаз должен был проводить два года на службе и один год в отпуске. В действительности же, более половины полков были распущены по домам, а находившиеся на службе, имели от 1/4 до 1/3 положенного состава. Однако отпуск не следовало понимать в его истинном значении. По замечанию Косоговского, «в Персии это не отпуска, а смена, или временное увольнение воинских частей от действительной службы, в полном их составе, то есть и командир, и офицеры, и штаб, и нижние чины»[259]. Фоуджами, как правило, командовали главы или члены наиболее влиятельных и богатых семей. Должность полкового командира передавалась по наследству. Очень редко в качестве командира был «чужак», и если это случалось, то его командование было непродолжительным. Очевидно, «что персидский солдат не мог отделить понятия о своем строевом командире, и от одновременного представления о своем помещике: с ним он на службе, с ним он и возвращается к своему домашнему очагу, где будет продолжать подчиняться и работать на него также, как это делал на службе»[260]. Таким образом, в понимании и видении обстановки, для сарбаза происходила лишь перемена места, но не личной зависимости. Учитывая наследственность должности полкового командира, иногда фоудж вверялся в командование ребенку. Неоднократно отмечалось, что офицерами были 11-12-летние мальчики.

Необходимо принять во внимание тот факт, что главным пороком персидской системы управления была сохранившаяся продажа чинов и должностей. Помимо наследования офицерских должностей, звания можно было также приобрести. Ни одно назначение, ни одно повышение офицера по службе не обходилось без взятки. При этом чины в персидской армии получались своеобразно: от наиба (прапорщика) до султана (капитана) жаловал чины сертип (генерал); от султана до сертипа — Наиб-ос-Султан (военный министр), а генеральские чины жаловались самим шахом. Высокое звание сертипа, например, обходилось в сумму от 2 до 10 тыс. рублей[261]. В связи с тем, что поощрение и производство в чины находилось в руках у полкового командира, эта должность была доходной и покупалась очень охотно. Вследствие этого часто случалось, что место покупалось человеком, никакого отношения к военной службе не имевшим. Право командования фоуджем, а часто и несколькими одновременно, обходилось недешево. Затратив крупную сумму при вступлении на должность, командир полка должен был позаботиться запас для новых взяток. Упомянутое выше увольнение нижних чинов в отпуск являлось самым крупным и верным источником доходов. Сарбаз, в свою очередь, вносил несколько туманов за возможность предоставления отпуска и вынужден был оставлять все причитавшееся содержание в пользу командира. Произвол, предоставленный командирам фоуджей, разрешатся и младшим офицерам. Младшие офицеры также увольняли за деньги известное число чинов и удерживали в свою пользу большую часть казенного содержания. Итак, высшие должности, ввиду их наследственности, по большей части оставались в руках персидской знати, а низшие должности обыкновенно замещались людьми среднего или низшего сословий. Само персидское правительство по причине неудовлетворительного финансового обеспечения регулярной армии вынуждало командиров увольнять солдат, нередко целыми частями.