Становление иранской регулярной армии в 1879—1921 гг.

Заслуживают внимания сведения, представленные полковником Бендеревым[75], характеризующие обстановку северо-восточной части Ирана. Большую часть книги составляет описание маршрута следования, состояние дорог и пр. Однако Бендерев достаточно полно и обстоятельно обработал собранный материал, касающийся также военно-статистических сведений пограничного с Россией района. Описание войска района, как бы в миниатюре, точно отражает картину, присущую всем подразделениям и частям персидской армии. Бендерев находил военные части в бедственном положении и фактическом упадке. Особое внимание офицер уделял тому факту, сколько может выставить район в случае крайней необходимости и предполагает, что силы эти будут незначительными и составят не более двух тысяч человек[76]. Особенностью сведений, сообщаемых Бендеревым, является то, что они содержат фактически-описательный материал, без умозаключений и выводов. Данное обстоятельство не является недостатком, скорее спецификой, присущей военным.

Большинство нарративных произведений русских авторов принадлежит перу не ученых-востоковедов, а лиц чиновных, числившихся по военному или дипломатическому ведомствам, в той или иной степени обладавших литературным даром и запечатлевших на бумаге свои наблюдения во время служебных командировок по Персии. Важно отметить, что книги путешественников служили в дореволюционной России основным источником, освещавшим современные для того времени проблемы Ирана. Они сыграли важную роль в развитии русской исторической и востоковедной мысли.

Как правило, мы имеем дело с описаниями страноведческого характера, включающими в себя более или менее подробные сведения по географии, топографии, демографии интересующих нас аспектов проблемы, с экскурсами в область истории и экономики. Если автор — военный, то его, естественно, больше всего интересовали специфические сюжеты. На посещаемые им районы он смотрел, главным образом, как на будущий театр военных действий. По этой причине в работах содержатся подробные описания маршрутов, орографии, гидрографии, стратегически важных пунктов и т. п.

При подготовке настоящей работы были изучены многочисленные труды общего характера, посвященные торгово-экономическим отношениям России с Ираном, конституционному движению 1905–1911 гг., международным отношениям на Ближнем Востоке, а также специальные и популярные монографии, касавшиеся отдельных проблем, которые в той или иной степени имеют отношение к главной линии повествования. Из дореволюционной русской литературы этого плана полезным было ознакомление с обзорными страноведческими книгами об Иране, об экономических и политических интересах России в них. Сводка путевых материалов и наблюдений о землевладении, налоговой и административной системах, а также социальном строе Ирана, содержит работа подполковника Генерального штаба Л. Ф. Тигранова «Из общественно-экономических отношений в Персии»[77]. Аналогичный материал приводится в работах Л. А. Собоцинского «Персия. Статистико-экономический очерк» и Г. Тер-Гукасова «Политические и экономические интересы России в Персии»[78]. Важно отметить, что в Иране, по причине отсутствия статистических данных и малой изученности ее экономических аспектов по провинциям и районам, труды по экономике носят неполный характер.

Бывший русский консул, а затем посол в Иране и заведующий Азиатским департаментом МИДа И. А. Зиновьев в своей работе «Россия, Англия и Персия»[79] излагает революционные события. Как у представителя официальной идеологии, у Зиновьева прослеживается враждебная тенденция по отношению к радикально-демократическому движению, создаваемым организациям — энджуменам и их наставникам. Эта точка зрения соответствовала проводившейся политике Россией на Ближнем Востоке.

Советское ирановедение 20-х гг., занимавшееся в основном проблемами истории национально-освободительного движения на основе марксистско-ленинской методологии, представлено работами М. П. Павловича (Вельтмана), С. К. Иранского (Пастухова), Ф. А. Ротштейна (Мирза), В. Гурко-Кряжина (Гурко) и др. Узость источниковедческой базы, в частности, невозможность использования архивных материалов, чрезвычайно осложняла решение задач, стоявших перед советским ирановедением. По этой причине первые работы советских авторов имеют характер популярных очерков и описательных статей, отражают точку зрения западных держав. Основным источником для работ были сведения английских авторов. Например, В. Гурко-Кряжин в своей работе «Краткая история Персии»[80] опирается на труд Перси Сайкса «История Персии». М. П. Павлович, рассматривая революционные события, базируется на работах Эдварда Брауна «Персидская революция 1905–1909 гг.»[81] и М. Шустера «Удушение Персии»[82]. Тем не менее, было положено начало научному изучению истории Ирана, характера отношений, уровня дифференциации социальной структуры и особенностей определенных социальных общностей Ирана. Вопросы изучения иранской армии советскими востоковедами не исследовались.