Статус. Почему мы объединяемся, конкурируем и уничтожаем друг друга

Нам крайне трудно избавиться от игр с кузенами-соглядатаями, которые мы выстраивали на протяжении всей нашей истории. Игры добродетели-доминирования определяли уклад нашей жизни на протяжении тысячелетий. Мы рождались в паутине родственных связей – с кузенами, дядьями, тетями, свекрами, тестями, тещами, шуринами, золовками, невестками и их семьями. Нас объединяли четко определенные образы жизни и принципы разделения труда, уходящие корнями в далекое прошлое и определяющие идентичность группы. Сходиться с другими и обходить их означало придерживаться правил и символов; поддерживать порядок, если другие ошибались; прислушиваться к мнению тех, кто выше тебя; выполнять свои обязанности, выстраивая репутацию за счет лояльности, чувства долга и личной пользы от общего успеха игры. Невероятная живучесть таких игр отчасти связана с тем, что они были способны к самовоспроизведению. Столетиями браки заключались среди родственников: в XIV веке французский рыцарь Ла Тур Ландри советовал девушкам всегда «выходить замуж в своей земле». Даже сегодня каждый десятый брак в мире совершается между родственниками, в том числе двоюродными братьями и сестрами.

Но претендовать на статус можно не только благодаря добродетели и доминированию – нам доступна и стратегия успеха. В нашем общем племенном прошлом можно было добиться статуса, будучи полезным другим: стать лучшим охотником или колдуном, искуснее всех искать мед. Современный мир насыщен играми успеха, в которые играют ученые, разработчики технологий, исследователи, корпорации и работники креативных индустрий. Они добиваются статуса не тем, что демонстрируют и навязывают нравственную правоту, а тем, что становятся умнее, богаче, изобретательнее и эффективнее.

Современность родилась на Западе. Есть много ответов на вопрос, почему это стало возможным, но едва ли стоит говорить: ни один из них не сводится к тому, что люди, родившиеся на этом кусочке планеты, были по определению лучше других. Причины сложны. Отчасти дело в удачном географическом расположении: климатические условия благоприятствовали первым земледельцам и скотоводам. Пшеница, овес, овцы и коровы ускорили переход к оседлому образу жизни, накоплению материальных ценностей и разделению труда по принципу кастовой специализации. С другой стороны, в попытках обнаружить истоки западного индивидуализма большинство ученых обращают взгляды на Древнюю Грецию. Они подмечают ее особое географическое положение, напоминавшее картину в манере пуантилизма: античная цивилизация сформировалась вокруг примерно тысячи крупных городов-государств, усыпавших побережье и скалистые острова, где толком ничего нельзя было вырастить. Это вынуждало людей не просто быть послушными членами аграрных сообществ, но становиться предпринимателями: рыбаками, гончарами, дубильщиками кож. Древние греки были первопроходцами, и им регулярно приходилось сталкиваться с купцами из других сообществ и даже с отдаленных континентов, открывавших им альтернативные картины мира. Это стимулировало появление ориентированных на успех игр, построенных на демонстрации профессионализма и умении дискутировать. В таких играх формировался идеальный образ всесильного индивида, до сих пор характерный для западной культуры.

Но эти соображения – лишь часть ответа на наш вопрос. Еще один фактор можно обнаружить, приготовившись к скачкам через пласты истории статусных игр, вращавшихся вокруг монотеизма и денег. Во всех странах богатство и религия представляли серьезную угрозу власти королей, королев и императоров. Благодаря появлению духовных лидеров и преуспевающих торговцев образуются новые элиты, ведущие конкурирующие игры. И именно на Западе игры успеха сумели сначала превзойти старые игры добродетели, а потом сложиться в особую культуру.

Это случилось не в результате стратегии или интриг, а по воле случая. Произошедшее показывает, как могущественные игры, в которые мы играем, могут формировать нас самих, нашу культуру и историю. Люди хотят знать: кем мне надо стать, чтобы сходиться с другими и обходить их? Родившимся в обстановке доминирования, добродетели и покорности воле кланов и родственников предстояло стать такими же людьми, играть в уготованные им игры и жить в мире предназначенных им иллюзий. Но в самом начале Нового времени, в первую очередь на Западе, люди начали искать связей и статуса за пределами родственных групп. Нас заинтересовали новые полезные идеи чужих кланов и иных континентов. Мы стали присваивать высокий статус ученым, новаторам, тем, кто способен предсказывать события, кто умеет доискиваться до правды и находить ей полезное применение. Эти игры успеха стали подобием «золотой лихорадки», которая распространилась в Западной Европе, в США, а затем в остальном мире. Они изменили все. Они стали нашей дорогой из ада.