Сторонний взгляд

— Я думаю, что спала как убитая. Думаю, что не могу пошевелиться. Ты удобнее, чем кажешься.

Хихиканье булькает у меня в груди и с грохотом срывается с губ:

— Ты можешь использовать меня как матрас в любое время.

Она ближе приживается ко мне, и я ощущаю, как жар в соединении её ног опаляет обнажённую кожу моего бедра.

— Кал, — стону я, слегка отодвигаясь от неё. — Ты не можешь потираться о меня подобным образом. Это ощущается слишком, бл*дь, хорошо.

— Позволь мне помочь теме почувствовать себя хорошо, — шепчет она, голова поднимается так, чтобы её губы смогли найти мою шею. — Покажи мне, как дать тебе почувствовать то, что ты подарил мне той ночью перед тем, как уехал.

«Е*ать».

— Укуси меня, — рычу я, подталкивая её голову к моей шее, убеждая её отметить меня.

Она выполняет требование, не колеблясь, её рот открыт, зубы впиваются в мою плоть.

— Сильнее, — подталкиваю её, пока не ощущаю, как её зубы вцепились, разрывая кожу. Она стонет вокруг укуса, когда начинает облизывать своим тёплым языком раны, оставленные её же зубами.

Я срываю через голову рубашку, Кал отстраняется ровно настолько, чтобы я смог это сделать, прежде чем перемещается на другую сторону моей шеи и без приказа погружает свои зубы прямо в мою нежную кожу.

— Е*ать, солнечный свет, — со скрежетом выдыхаю я. — Больше. Кусай мою грудь.

Она приподнимает голову и поворачивается ко мне, позволяя мне увидеть желание на ее лице и мою кровь, украшающую её рот. Она так, бл*дь, прекрасна, что даже больно, но эта такая хорошая боль.

Её пальцы очерчивают мои ключицы, следуя за ними ртом, она прикусывает плоть, покрывающую кости, когда прокладывает дорожку к моим грудным мышцам. Она потирается щекой о полоску коротких волос, используя моё тело для чувственных опытов, и, бл*дь, если это не делает меня ещё твёрже. Её исследующие пальцы сначала находят один сосок, а затем второй, и ради эксперимента она сжимает их, зарабатывая ещё один стон из моих губ. Полюбив этот звук, она заменяет свои пальцы на зубы, сила её укусов увеличивается, прежде чем она ненадолго отрывает свой рот и опускает его на кожу прямо напротив моего сердца. Затем она погружает зубы в мышцы и сжимает челюсть.

Экстаз пульсирующей волной прокатывается по моему телу, предсемя течет мне на живот. Каждый прокол её зубов словно выстрелом отправляет разряд электричества по моему позвоночнику, чтобы потом осесть в напряженных яйцах.

Со сверхъестественным рычанием я хватаю её за плечи и переворачиваю, пришпиливая к маленькой кровати всем весом своего тела. Мой член проскальзывает между её бёдер, ища влажную теплоту, он знает, что обнаружит ее там.

— Прямо сейчас, солнечный свет, я так близок к потере моего чёртового разума. Если я скоро не погружусь в тебя, я, бл*дь, взорвусь.

Её ноги раздвигаются, открывая ее для меня, она будто бы говорит при помощи своего тела, что она моя, чтобы взять.

— Я не смогу быть нежным, Кал, — предупреждаю ее.

— Я не хочу, чтобы ты им был, — отвечает она, её жадные пальцы всё ещё исследуют мою грудь, втирая кровь от её укусов в мою кожу.

— Ты чиста, я проверил твои файлы у Дока, я тоже чист, как младенец, так что я возьму тебя без преграды между нами, ты понимаешь это? — заявляю я, потираясь твёрдой длиной по таким нуждающимся и влажным губам ее киски.

Её ответ — шире раздвигающиеся ноги, и одним наказывающим толчком я целиком и полностью хороню себя внутри её тела, достигая нижней точки грёбаных небес.

Она долго и громко с трудом ловит воздух, её спина выгибается над матрасом, её маленькие, но идеальные сиськи как грёбаный банкет для моего рта. Я отодвигаюсь и с болезненной силой двигаюсь обратно в неё, мой рот жадно сосёт её полную грудь, прежде чем вгрызается в розовый сосок.

Снова и снова я толкаюсь внутри её сладкого тела, мой Дьявол наполняет меня желанием склониться и вырвать зубами её горло.

Я посадил его на цепь, небесная теплота её узкого влагалища — это всё, о чём я могу думать, и всё, что я могу чувствовать. Я опускаю одну руку к её клитору и пальцами вырисовываю круг, её соки покрывают мою кожу, подушечки моих пальцев снова и снова скользят вокруг крошечного бутона, прежде чем я сильно сжимаю его.