Страна песков

  Рядом с нашей вертушкой остановился ещё один аэродромный спецавтомобиль. Солдат-водитель быстро размотал длинные шланги-кабели и присоединил их наконечники-клеммы к продолговатым гнёздам в борту Ми-восьмого. Вскоре сверху послышался лёгкий шелест… Это от поданного спецавтомобилем электричества начал запускаться дополнительный двигатель «АИшка», который уже в свою очередь нагнал столько сжатого воздуха, что от этого постепенно стали запускаться две основные авиационные турбины вертолёта. Шелестящий свист плавно перешёл в нарастающий гул и вот обе турбины Ми-восьмого набрали высокие обороты… Спецавтомобиль уже отъехал от вертолёта, и теперь лётчикам следовало хорошенько проверить работоспособность обоих тяговых двигателей, «погоняв» их в достаточной мере на всех скоростных режимах… Насколько это можно было сделать здесь, то есть ещё на земле…  

  И вот… Настал прощальный миг… Пожилой борттехник поднял лесенку и закрыл дверь. Вертолёт, слегка дрогнув, медленно двинулся вперёд. Вот винтокрылая машина доехала до края взлётно-посадочной полосы, развернулась в нужном направлении и по-самолётному пошла на взлёт. Скорость росла и росла… В зависимости от этого снижалась вибрация колёс шасси… И вот они оторвались от неровной поверхности взлётки. Наш вертолёт оказался в воздухе…

  Я в этот миг выглянул в окошко и увидел красное солнце, которое только-только поднялось над далёким горизонтом. Рассвет уже наступил, и мне очень хорошо было видно всё, что творилось внизу. Сейчас наш вертолёт пролетал над самой окраиной афганского города Лашкаргах, по узеньким улочкам которого шли люди и ехали небольшие повозки, запряжённые осликами. Пешеходы даже не обращали внимания на пролетающие над ними вертушки… Словно в воздухе ничего такого сейчас не происходило… Или будто местные афганцы уже привыкли к этим постоянным авиаперелётам…  

  Вот под нами в крайний раз промелькнули маленькие домики с плоскими крышами и пустые дворы… Затем вертолёт резко развернулся влево и помчался к пустыне Регистан. Слева по борту показалось и пропало наше стрельбище, затем точно также мелькнула полоска реки Аргандаб… Но вот пропала и она…

  «Вот и всё! –подумал я. –Дай-то Бог… Чтобы мы только неделю там пробыли… Не раньше и не позже!»

  Теперь наш полёт проходил над пустынными и бескрайними пространствами юга Афганистана. Словом, проплывающая внизу картина была точно такая же как и вчера, когда мы летали на рекогносцировку. Но теперь мы мчались туда с более серьёзными намерениями. В наши военные планы сейчас входили сначала перелёт до места назначения, затем десантирование и следующим этапом являлось забазирование… А уж там… Как Бог пошлёт…  

  Дальнейший полёт над пустыней проходил нормально, и спустя полчаса наше командование разрешило бойцам перекусить. Мы с Володей съели одну большую банку тушёнки на двоих, после чего запили этот завтрак холодной водой. Оставшуюся у меня краюху хлеба я убрал в карман бушлата. Ведь нам ещё целую неделю предстоит шастать вдали от родного гарнизона, рассчитывая исключительно на свои собственные силы, а также на имеющееся оружие, продовольственно-питьевые запасы, носимый боекомплект и на военное везение.  

  Так прошло полтора часа… По мере приближения к району высадки нарастало внутреннее напряжение. Мы уже вроде бы попривыкали к постоянному чувству ожидания новых испытаний, но всё-таки с каждым разом переживаемые нами эмоции повторялись именно таким образом, как будто всё происходящее случалось с нами впервые. Та же встревоженность во взглядах, хоть и старательно скрываемая… Всё то же чувство «мандража», так мерзко вибрирующее где-то в самом нутре твоего тела… Такие же напряжённые лица с застывшими в полуулыбках МОНа Лизы скулами… Словом, ожидание неизвестности повторялось вновь и вновь…

  Но, видно, такова уж была наша солдатская доля… Всё время терпеть и переносить эти трудности… Чтобы всё-таки выстоять и победить. Несмотря ни на что! А победить – для нас означало вернуться на базу живыми и невредимыми. Это батальонному нашему командованию страсть как нужны боевые результаты: трофейное оружие или захваченные боеприпасы, иностранные средства связи или минирования, китайская амуниция или хотя бы уничтоженные моджахеды… А для рядового солдата самое главное – это остаться живым и невредимым… Но при этом ещё и выполнить поставленную боевую задачу. Ни больше и не меньше! Вот такой-то военный компромисс.  

  Вертолёт пошёл вниз так резко и слишком уж внезапно, что я даже приподнялся над своим местом. Создалось такое впечатление, что летуны решили плюхнуться в афганский песочек со всего размаха… Или со всей, так сказать, военной дури… Но наш борт действительно шёл на экстренную посадку… И лишь перед самой землёй скорость снижения заметно так изменилась… И на площадку вертушка опустилась очень даже неплохо…