Странствия шамана. Места силы и исцеления. От Камчатки до Тибета

Ее обширное нагорье Пуна безлюдно, угрюмо и сурово. Вокруг нет ни единого деревца; лишь пучки жесткой сухой травы ичу торчат среди камней, обдуваемых ледяными ветрами с окрестных гор. Ичу — единственный источник пищи для грациозных местных копытных. Ламам, альпака и викуньям совсем не холодно в своих толстых шубах. Без страха, они с удивлением рассматривают нас, столь ранних гостей их сурового заоблачного царства.

К городку Пуно, приютившемуся на берегу Титикака, мы подъехали, когда уже совсем рассвело, но солнце еще не вышло из-за хребта Кордильера-Реаль. Нам везло: утро было удивительно тихим, а воды озера настолько неподвижными, что в их причудливом зеркале четко отражалось не только синее небо, но и белые завитушки облаков...

Наконец солнце выбралось наверх и тут же зажгло озеро зеленовато-фиолетовым светом. Сразу стало радостней на сердце, и теплее. Неслучайно индейцы говорят, что в этих краях случается четыре сезона на дню: весна приходит с восходом солнца, с полудня начинается лето, вечером уже осень, а темнота горной ночи сурова, как зима.

Но нам надо спешить навстречу тайне. А она совсем неподалеку от берега — в двух часах хода катера находятся удивительные плавучие острова. Самые древние жители побережья озера Титикака, индейцы племени уру, жившие в его окрестностях еще за 8000 лет до н. э., почему-то оставили землю и переселились на рукотворные тростниковые острова.

«Постойте, значит, это племя существует на Земле 10 000 лет? Выходит, они появились раньше библейских Адама и Евы?»

Даже находки скелетов доказывают, что люди появились более 4 млн лет назад. Ну а Адам и Ева — это, наверное, первые евреи, раз уж таковыми их признает Ветхий Завет...

Так вот, индейцы уру почему-то переселились на острова. Случилось это несколько тысячелетий назад, но причина до сих пор непонятна. Жизнь среди волн неимоверно трудна: ветры с гор регулярно приносят сюда страшные шторма, с дождем и снегом. Пища у

 них наискуднейшая: в озере обитают только шесть видов рыб, причем совсем мелкой (из-за условий высокогорья в воде недостаточно кислорода). Сыро, голодно, холодно (температура воды в озере всего 10-12 градусов), а около тысячи сохранившихся аборигенов-уру все терпят и не собираются уходить на плодородные берега.

Мы смотрели на них издали и задавали друг другу десятки вопросов.

Почему так? Какая сила их тут удерживает? Как эта загадка переплетается с другими тайнами этого, спрятанного в горах озера? Что это за мегалитические монументы, сложенные из 100-тонных каменных блоков, найденных в районе Тиауанако? Что за резные камни стоят то тут, то там на берегах — явно не местные по своему минеральному составу? Развалины чьих древнейших храмов обнаружены недавно на священных островах Исла-дель-Соль (остров Солнца) и Исла-дела-Луна (остров Луны)? И вообще, как объяснить наличие в придонных водах озера Титикака морских солей, причем в той же пропорции, что и в океане? Как образовались на его береговых скалах морские террасы со следами прибоя, усеянные останками древних морских организмов? И что это за единственная в мире (!) соленая река Десагуадеро? Бурным потоком вырывается она в ущелье из пресного (!) озера Титикака и через 300 км впадает в соленое бессточное озеро Поопо...

А ведь наверняка все эти факты взаимосвязаны. Только где и как найти ключ от запертой века тайны?

КЛЮЧ ОТ ТАЙНЫ

Солнце наконец-то поднялось над нашим катеров далеко «раздвинув» своими лучами берега озера. Ведь длина его — 180, а ширина — 60 километров. Вода сделалась темно-серой и заблестела до самого горизонта отражая в глаза слепящие потоки. Я прищурился против света и вдруг увидел невероятное... Навстречу на плыл египетский сфинкс!

Это было поразительным: по глади озера скользила та самая знаменитая статуя из Гизы, стоящая возле пирамиды фараона Хефрена! Конечно, она была значительно меньше размерами, но облик был абсолютно идентичен: та же гордая голова, те же пропорции удлиненного тела...

Я просто остолбенел от увиденного!

Катер повернул в сторону, и солнце перестало слег пить глаза. И стало ясно, что сфинкс — вовсе не видение и не мираж. Это была большая лодка, искусно связанная из толстого желтоватого тростника. Но уверяю вас, различие с оригиналом и состояло лишь в размерах и материале. А внешний облик говорил однозначно: этот тростниковый сфинкс с южноамериканского озера Титикака явно был родным братом каменного изваяния из Африки! Это был один и тот же Образ!

И я опять остолбенел, теперь уж от понятого!