Страшная тайна Ивана Грозного. Русский Ирод

Маленький князь проснулся от шума и не сразу понял, где он, в горнице темно, холоп не уследил, и свеча давно сгорела. Только в углу теплится огонёк лампады, но и там масла мало, вот-вот погаснет, как бывало не раз. Ивану снилось, что он в опасности, от кого-то бежит и преследователи уже догоняют. Поэтому испугался страшно, наяву услышав, как за дверью топают бегущие. Мелькнула мысль: «За мной!»

Дверь горницы рывком распахнулась, холоп, спавший возле неё, полетел в сторону, даже не пытаясь защитить своего хозяина. К ложу Ивана метнулся человек в темном одеянии. Князь в ужасе закричал, но его голос потонул во множестве других воплей. Хватая Ивана за торчащие из-под одеяла голые ноги, кричал митрополит Иоасаф, умоляя заступиться, орали ворвавшиеся следом какие-то люди с факелами. Мальчик не мог взять в толк, чего от него хотят, он дрыгал ногой, пытаясь освободиться от цепких рук митрополита, и тоже кричал от ужаса. Потом он не мог вспомнить, как именно Иоасаф и остальные вдруг исчезли из его горницы. Кажется, митрополита всё же выволокли, оторвав от княжьей ноги силой. На щиколотке долго были следы от пальцев Иоасафа. Сам он плакал, умоляя оставить митрополита, не принуждать его силой, просил, но никто даже не глянул на мальчика.

Иоасаф бежал на Троицкое подворье. Не выжить бы, кабы не помощь игумена Алексея и князя Палицкого, вырвавших бедолагу из рук погромщиков!

Иван, у постели которого искал и не мог найти защиту опальный митрополит, в ужасе не мог заснуть до утра. Сидел, забившись в угол ложа и трясясь от страха и сознания собственного бессилия. Значит, ничто не спасёт, ежели самого митрополита Иоасафа можно вот так, с кулаками, с непотребными воплями, таскать от княжьей постели и по двору?! И он, великий князь, выходит, никто, если на него не посмотрели даже, когда заступиться пробовал?! Но... так и его... могут?

Страх, животный страх закрался в самое сердце мальчика! Впервые он понял, что беззащитен так же как и остальные, перед боярской прихотью и что в живых держат, только пока мал и к сопротивлению не способен. Как же быть? Что делать? Где найти надёжную защиту, прочную опору себе, если для бояр он игрушка, а для родных и вовсе лишь прикрытие?

Страшный урок получил в ту ночь князь. Повзрослев, тринадцатилетний Иван первым уничтожит именно Андрея Шуйского, а позже сделает всё, чтобы низвергнуть власть бояр и упрочить свою собственную даже ценой многой крови и многих жизней!

Иоасафа отправили в Кирилло-Белозерский монастырь, а потом в его любимую Троице-Сергиеву обитель. В Кириллов монастырь был сослан, а затем убит по приказу Шуйских и князь Иван Бельский.

За 42 года до конца.

С ЦАРСКОЙ ГОЛОВЫ НА ЗДОРОВУЮ

а спиной митрополита Даниила царь заметил сжавшегося, съёжившегося Иоасафа. Боится, он даже сейчас боится, что могут снова вот так схватить, тащить, надругаться... Почему-то появилась почти злорадная усмешка: что же он, и в райских кущах бочком ходить станет? То ли дело Макарий, за его спину самому спрятаться можно было. Иван повёл глазами, точно отыскивая среди многих теней своего любимого наставника.

Тень митрополита Макария послушно выплыла из полутьмы, споено говоря: «Я здесь, Иван. Я всегда рядом, когда нужен». Так было и в жизни, пожалуй, именно Макарию Иван обязан очень многим.

   — Святой отец, я не забыл твоей учёбы, — губы царя едва разомкнулись, но из них не вылетело ни звука, слишком ослаб от хвори смертельной. Но теням не нужны звуки, Макарий и без того понял своего царственного ученика. Возразил:

   — Да только так ли всё делал, как я учил?

   — Вокруг всё время одна измена, один заговор! — Голос только хрипел.

Тень Макария подняла руку:

   — Не кричи, я и так слышу душой, не голосом. Многих зря сгубил, Иван, многих...

   — Сам же учил, что я царь, потому и власть моя над людьми от Бога!

   — Да на толи власть дана, чтобы, ты людские жизни губил?