Ступая за Край

Аралан уже долго сидел в полутёмной зале, откуда ушли советники его и всадники. Не было в лице его жизни, крови и света. Была лишь печаль и отблеск единственной свечи.

— Ты слышал всё, — глухо произнёс Эарсил. — Нет больше возможности ждать.

— Никто не видел там Эвиси, лишь слухи.

— Воины твои ждут действий от тебя, невозможно больше тянуть. Не следует ли прийти в это поселение и вывезти Эвиси, если она там, и слухи подтвердятся?

— Брат мой, мать наша всегда берегла тебя, ты не ведаешь, что будет, когда воины ступят на землю поселения. Если случайно Эвиси попадётся в руки к ним, если слухи окажутся правдивы, если духи сыграют злую шутку, то ничто и никто не спасёт её! Я бессилен перед законами Дальних Земель, как и ты.

— Мы просто будет стоять тут и ничего не делать?

— Нет, ты слышал, что донесли мне. Узнаем подробности, кто эти люди точно, сколько рудников, сколько оружия у них, с кем они ведут торг, каковы цели их, и связано ли поселение это с мятежниками из Провинции за Горами. Узнаем всё. А пока мы пустим слух о подкреплении, я пошлю за Дворцовым гарнизоном, хоть и нет нужды в нём. Снега уже лягут, когда они придут, к тому времени мы вывезем Эвиси.

— Ты лукавишь перед воинами своими, — задумчиво, — ты знаешь, чем грозит это тебе?

— Я спасаю сестру нашу, а Дальние Земли не останутся без Наследника, если воины мои решат, что я недостоин, у отца моего есть ещё один сын. Достойный и порой мудрый не по годам, вероятно, для Дальних Земель это будет лучшим исходом.

— Блажь! Не хочу слушать речи твои, лишённые смысла, тебя воспитывали как Наследника, ты сильный воин и не единожды доказал это. Ты одержал победу над Азидашем! Моё же дело — книги. Меня не интересуют войны и дела государственные.

— О, да, даже женщины не интересуют тебя, — усмехаясь.

— Женщины отнимают слишком много времени, их глупая болтовня раздражает меня.

— Совсем не обязательно говорить с ними, Эарсил, женщина может ублажить дух твой и тело, не разговаривая с тобой. Где наложницы, что прислал тебе я? Или отец?

— Я не ведаю точно судьбы их, слышал, им нашли мужа или господина… я даже не помню, смотрели ли глаза мои на наложниц моих.

— Но двоих ты оставил, — улыбаясь.

— Да, Глайора, оказалось, обучена библиотекарскому делу, она наводит порядок среди книг и делает это лучше многих учёных мужей.

— Что ж, прекрасное занятие для наложницы Царевича Дальних Земель, — ухмыльнулся, — а вторая?

— Вторая, мне сказали, просила оставить её во дворце, она не хотела быть женой мужа своего, и не хотела быть в доме господина, я оставил её. Не помню имени её и внешности… уверен, она не нуждается ни в чём.

— Ты столь же мудр, как и мягок…

— Вот видишь, поэтому Наследник — ты. Жрица прокричала твоё имя, она не ошибается.

— Да, она не ошибается, — тихо.

Тишина была ещё долгой, пока Эарсил не покинул залу с колоннами из тёмного, почти чёрного камня, как и лицо Аралана, что застыло, подобно такому же камню.

— Аралан, друг мой, — Меланмир вошёл в покои Наследника Аралана как был, в походной одежде, ещё в пыли дороги, смотря, как по молчаливому приказанию рабыня, что была на ложе с Наследником, быстро покидает покои его.

— Говори, сейчас.

— Я всё устроил, она будет в полной безопасности, нам нужно только сопроводить Королеву до нового дома её. Там никто не узнает имени её и истории её, законы же Главной Богини бессильны там. Нет смысла более ждать, мы провезём её через все Дальние Земли, через Линариум и Орды под моей охраной, никто из моих людей не вернётся более в Дальние Земли, и никто не узнает в Землях ваших, где мы спрячем Эвиси.

— Везти её надо тайными тропами, Меланмир, только тайными. Я не могу допустить малейшей оплошности, малейшего риска, одного шанса, что кто-нибудь прознает об этом.

— Тайными? Боюсь, я не знаю Дальние Земли настолько.

— Кринд знает, он проведёт вас, к тому же, власть его столь высока, что никто не посмеет подойти близко к обозу, никто не проявит любопытства, если жизнь дорога ему.

— Ему можно верить?

— Если и есть человек, которому я могу доверить жизнь сестры своей — это Кринд. И ещё одно беспокоит сердце моё, оно не может смириться с тем, что Эвиси будет одна, без защиты моей и твоей. Это безумие — женщине жить одной!

— О, Эвиси сильна, к тому, же я обеспечил ей дом, слуг, всё, в чём она нуждается и может нуждаться, и буду следить за ней, ты можешь верить мне. Большего я не в силах сделать… я не могу покинуть народ свой, как и ты свой. Возможно, Эарсил?

— Царица не переживёт этого… она лишилась дочери, она не переживёт, если и сын покинет её… нет.

— Тогда уповай на судьбу, что до сего дня была милостива к Эвиси, ты знаешь, что она жива и здорова, и…

— Пусть уста твои не говорят этого.

— Мои уста молчат, но ты и сам всё ведаешь.

— К несчастью своему.

— Кто ещё знает об этом?

— Тот, кто ведал, больше не заговорит.

Шустрые рабыни приносили яства и сласти в покои Наследники Аралана. Было там и мясо диких животных в ароматных специях, и невиданные фрукты, и настои, дающие бодрость духу и телу. Было вино, сыр и белый, рассыпчатый хлеб.