Суженые из другой галактики. Отбор для землянки

Не знаю, как так вышло, но за эти годы наша семья разрослась так, как я и не мечтала. Правда, мои мужья до сих пор иногда качают головами, вспоминая, как я уговаривала их на каждого следующего ребёнка. Они все боятся за меня, хотя каждая беременность проходила прекрасно.

Как-то так получилось, что я, да и остальные девочки-землянки, рожали каждые пять лет. Именно это время нужно для восстановления организма лиафритом после беременности. Но только я, Арина, и еще другие девочки с особенно сильным даром лиафрита, рожали двойнями. У кого-то было больше мальчиков, у кого-то, как у меня, больше девочек. Так же и с остальными прибывшими землянками. Те, у кого сильнее дар, могли зачать по двое детей разом.

Что так же удивительно, все девочки и мальчики расой пошли в биологических отцов. Хотя в Адароне девочки рождались расой матери. Но у нас, у землянок, как обычно, все было по-особенному. Расой дети шли в отцов, но внешностью могли что-то взять от матери, что-то от отца.

Вот и у меня. Через пять лет после Лейлы и Тайрона родились Мариса — дочь Лейвира, и Агния — дочь Дейвина. Мариса — наша очаровательная девочка-лайса, с сиреневыми волосами, белыми рожками и хвостиком, была очень похожа на своего отца. Только зелеными глазками в меня. А Дейвин, когда на свет появилась рыжеволосая Агния, вообще первые две недели не отходил от колыбели, будто боялся, что она исчезнет. Мои мужья каждый раз были такими милыми и трогательными, когда на свет появлялись наши дети. Хотя бы ради этого стоило рожать.

Сейчас девочкам уже по пятнадцать, и они мои главные помощницы. Мариса с её мягким характером и Агния с огненным нравом — полные противоположности, но неразлучны, как и их отцы.

Средние дети — Снежа, дочь Сейзара, и наш маленький сорвиголова Эльрик — это вечный ураган. Десять лет энергии, вопросов и смеха. Снежа вся в отца — спокойная, но упрямая, а Эльрик... Боги, он точная копия Кайса. Белые волосы, серо-голубая кожа, черные рожки и хвостик. Даже взгляд тот же, только глаза мои.

А самые младшие... Аделия с её вьющимися чёрными волосами и золотыми глазками вся в папу Атиша. И Айрас, беловолосый и серьёзный не по годам, сын Сейзара. Они ещё совсем малыши, но уже демонстрируют характер. Атиш смеётся, что Аделия — это я в миниатюре (хотя я бы поспорила), а Сейзар... Ну, Айрас явно унаследовал его «лёгкий» нрав.

Иногда я ловлю себя на мысли: «Как же так вышло?» Я ведь просто мечтала о семье, о доме, о любви... А теперь здесь шум, беготня, иногда хаос, но... это наш хаос. Мои мужчины никогда не делили детей на «своих» и «не своих». Каждый из них готов был вскочить среди ночи, если кто-то из малышей звал, каждый учил их чему-то своему: Лейвир — терпению, Дейвин — смелости, Сейзар — упорству, Атиш — мудрости, а Кайс... Ну, он показывал, как можно по-настоящему шалить.

А Афгард... О, этот неисправимый баловник. Дети обожают его, потому что он всегда найдёт повод для подарка или сладости.

— Алиса, всё готово? — Лейвир берёт меня за талию, прерывая мои мысли.

— Да, кажется, да. — Я оглядываюсь: Лейла с Агнией уже ведут малышей к выходу, Тайрон несёт на плече хихикающего Эльрика, а Кайс с Сейзаром спорят, кто из них лучше упаковал вещи. Я улыбаюсь. Мы устаём? Конечно. Но мы счастливы.

— Полетели!

— Мам, мам. А можно я возьму с собой своего Пикси? — Подошел Айрас, держа в руках фурсика, которого мы недавно купили в заповеднике.

Я рассмеялась, а Лейвир взялся успокаивать малыша, так как, несомненно, никого из многочисленных питомцев брать с собой не будем. Разумеется, при большой семье, и большая семья питомцев. Мы построили для них отдельный домик в саду, в котором так же часто любят поиграть младшие дети. Приглядывать за питомцами остается наш постоянный помощник, дядя Роджер. Это мужчина, годившийся нам с мужьями в отцы.

Мы его как-то наняли присмотреть за питомцами, пока уезжали в очередной отпуск. Так он с нами и остался. Устроился жить в двух домах от нас, и был частым гостем и даже нянечкой. Он давно живет без семьи. Жена погибла, с побратимами не общается. Вот мы и стали одной семьей. Детям он дедушка, нам — дядя Роджер.

— Мам, всё готово, папы ждут, — подошла Лейла, поправляя сумку на плече.

Я засмотрелась на неё. Какая же она красавица. Рыжие волосы, унаследованные от меня, переливались на свету, а папины жёлтые глаза сверкали, как два солнца. Её кожа была светлой, сверкая как перламутр, а маленькие чёрные рожки и упругий хвост придавали ей тот самый шарм, который делал её неотразимой.

Она выросла так быстро. Из озорной малышки превратилась в мою опору, почти подругу. Она доверяла мне свои секреты, делилась переживаниями, а я, в свою очередь, старалась напоминать ей, что братья и сёстры — не её забота. Но Лейла лишь отмахивалась: «Мам, мне нравится помогать». У неё так же была своя жизнь — подруги, увлечения, даже возлюбленный, который должен был присоединиться к нам в этом отпуске.

— Хорошо, дорогая. Мы идём, — кивнула я, беря за руку Айраса.