Свет ума. Подробный путеводитель по медитации

Пока сенсорные под-умы не достигнут достаточного объединения, они остро реагируют на то, что их игнорируют. Так они начинают проецировать в сознание свет, звуки и самые разные странные и иногда неприятные телесные ощущения, которые не имеют никакого отношения к тому, что происходит вокруг вас (см. «Шестую интерлюдию», стр. 291)^[174]. Эти порожденные умом сенсорные явления преобладают на этой ступени. Из-за своей необычности они могут сильно тревожить вас и отвлекать. Сенсорные умы, как упрямые дети, сопротивляются тому, что их игнорируют. Кажется, что их единственная цель – захватить ваше внимание и возбудить ваш интерес. Однако, что интересно, чем упорнее они стараются, тем меньше непосредственной, реальной сенсорной информации проецируют в периферийное осознавание. Это показывает, что на самом деле процесс успокоения продолжается.

Когда эти явления раз за разом принимают форму нити III степени, это значит, что вы подошли к финальной стадии успокоения сенсорного восприятия, и пришло время полностью их игнорировать. В начале восьмой ступени у вас было много возможностей для того, чтобы изучить эти явления и наблюдать за тем, как на них реагирует ваш ум, используя практики, описанные в предыдущем разделе. Это ничуть не мешало продолжающемуся процессу успокоения (см. «Седьмую интерлюдию», стр. 341). Теперь, когда ваше любопытство удовлетворено, вам будет легче игнорировать их и достигнуть полного успокоения. Как только это случится, вы испытаете пити IV степени. Порожденные умом свет и звуки все еще могут появляться, но обычные ощущения исчезают полностью, и на место мурашек, давления и зуда, покалывания и прочих явлений приходит блаженство физической податливости.

Медитативная радость

По мере вашего продвижения в практике ваш ум становится все более объединенным, и естественным образом возникает медитативная радость. Это особое состояние ума, которое возможно только в медитации. Чтобы лучше понять его, давайте кратко посмотрим, как оно соотносится с радостью в целом.

Хотя мы склонны думать о радости как о простом эмоциональном опыте, на самом деле это многогранное состояние ума^[175]. То же верно в отношении эмоций в целом; они все представляют собой функциональное состояние ума. Это значит, что они заставляют ум вести себя или работать особым образом. Они влияют на то, чему мы уделяем внимание, как мы воспринимаем то, чему уделяем внимание и чувства, которые возникают как реакция на то, что мы воспринимаем, – все это оказывает сильное влияние на наши мысли, слова и действия.

Мы считаем радость обычным эмоциональным опытом. Но на самом деле это многогранное умственное состояние, которое запускает особый шаблон умственного поведения, влияющий на наше внимание, восприятие и чувства.

Радость – это также функциональное состояние, которое запускает особый шаблон умственного поведения, влияющий на внимание, восприятие и чувства. Во-первых, он побуждает нас замечать и уделять внимание преимущественно тому, что прекрасно, благотворно, приятно и приносит удовлетворение. В то же самое время то, что уродливо, неблаготворно или неприятно, не притягивает или не удерживает внимание. Во-вторых, когда наш ум радостен, наше восприятие всегда подчеркивает положительные моменты, неважно, чему мы в этот момент уделяем внимание. Стакан будет наполовину полон, а не наполовину пуст. Наконец, радость смещает наши чувства к положительному краю спектра. То, что обычно воспринималось бы как слегка приятное, становится невероятно приятным. Что-то нейтральное, как просто дыхание, вызывает чувство удовольствия. То, что в противном случае было бы немного неприятным, переживается как нейтральное, а то, что было бы довольно неприятным – как едва неприятное и т. д. Искажая таким образом сознательный опыт, радость, как правило, оказывается устойчивым, самоподдерживающимся состоянием. Выборочно уделяя внимание приятным вещам и преимущественно воспринимая хорошее в каждой ситуации, мы избегаем переживаний, которые могли бы навредить нашему радостному состоянию. Другими словами, положительный эффект радости приводит к благоприятной интерпретации сознательного опыта, который в противном случае угрожал бы подорвать это состояние.

Как мы говорили в «Шестой интерлюдии», стр. 291, грусть и печаль – это противоположность радости.

Грусть направляет внимание на уродливое, неблаготворное, то, что разочаровывает. Наше восприятие усиливает проблемные аспекты того, чему мы уделяем внимание. Наши аффективные реакции сдвигаются в сторону неудовольствия. Мысли становятся пессимистичными и циничными, и сама жизнь кажется мучительной.