Светлана Аллилуева. Пять жизней

Жизнь в коммуне, где Светлана наравне со всеми питалась в столовой и не имела возможности выпить чашечку кофе в своей комнате, подтолкнула её к мысли купить небольшой домик поблизости от Талиесина. Это позволило бы Вэсу выполнять свои обязанности, а ей вести независимую жизнь. Но в дом, который был куплен на имя мистера и миссис Питерс, после Рождества 1971 года она въехала только с дочерью: Вэс в последний момент заявил, что останется в Талиесине.

Едва прессе стало известно, что супруги живут в разных домах, устами Ольги Райт Талиесин сделал официальное объяснение: «Они разделились, и Уильям Вэсли Питерс желает теперь только развода». Светлана не могла в это поверить, она показывала всем совместную купчую, но так оно и было — больше с неё взять было нечего, и, по мнению Верховной правительницы, которой Питерс слепо повиновался, брак себя исчерпал. Он заявил, что она должна немедленно вернуться в Талиесин либо подать на развод.

У Светланы был ещё шанс спасти своё имущество — для обманутых женщин семейные адвокаты и скорая помощь, и путеводитель, но она искала компромисс и делала одну ошибку за другой, не прислушиваясь к разумным советам. Супруги жили раздельно, но Вэс по-прежнему пользовался её банковским счетом, к которому она легкомысленно не закрыла ему доступ.

Она была в отчаянии, в смятении обращалась ко всем за помощью, не прислушиваясь к разумным советам адвокатов, и не такое видавших. Её лечащий врач посоветовал обратиться к семейному психологу, специализирующемуся на проблемах брака. Тот несколько раз по отдельности выслушал каждого супруга и пришёл к заключению, морально убившему Светлану: «Он считает свою женитьбу ошибкой. Ребёнок его не интересует, он к нему безразличен. — Затем он добавил то, что в утешение сказал бы ей отец Николай: — Вы оба едва знали друг друга. Это было безумием».

В стрессовом состоянии «жертва любви» слышит только то, что хочет услышать, и не воспринимает правды, кем бы она ни была сказана. Она безумно страдала, на коленях готова была смиренно вернуться в Талиесин, на любых условиях, и однажды, не выдержав, поздним вечером приехала туда, прокралась в их бывшую комнату к красавцу Вэсу, устроившемуся в кресле перед телевизором, — она, дочь Сталина, со слезами на глазах бросила себя к его ногам!

Вэс «деликатно» отстранил её. «Ты должна уйти», — с холодной вежливостью произнёс он и проводил до машины. Брак продержался полтора года.

За советом она обратилась к мужу своей приятельницы, молодому энергичному адвокату. Первым делом он разделил совместный счёт, отключив Вэса от кормушки. Затем, когда адвокат ознакомился с документами, он пришёл в негодование и обнажил правду, которую она не в состоянии была воспринять:

— Этот человек не любит вас больше. Он хочет освободиться от уз. Вы думаете, вы удержите его вашими деньгами? Я не знаю, почему вы поженились, но для вас именно сейчас самое лучшее время подать на развод. Поверьте мне, сейчас всё на вашей стороне, абсолютно всё! Вы получите ферму, потому что вы уже вложили в неё в несколько раз больший капитал, чем была её первоначальная цена. И вы должны взять ферму у него и у его сына, который не имеет права тратить ваши деньги подобным образом! Вы и ваша дочь получите всё. Мы подадим в суд в Висконсине, где все вокруг знают, какой большой вклад вы сделали в эту недвижимость. Вы сможете сохранить ферму для себя, или же продать её, или сдавать землю; земля — очень хороший вклад денег. Вам предстоит дать образование вашей дочери. Вы знаете, скольких денег это стоит!? Знаете ли вы, сколько вы потеряли уже с вашим браком? Более семисот тысяч долларов! У вас сейчас только одна треть всего того капитала, который вы принесли ему в день свадьбы! И вы ещё выплатили все его старые долги и спасли от банкротства. Известно ли вам, что вы также уплатили налог на дарственную? Специальный налог, так как ваш заём был ему предоставлен как дар! Он боялся взять заём у вас, потому что тогда ему пришлось бы вернуть вам эти деньги!

Адвокат долго ещё возмущался, но она его не слышала.

Любовь слепа и нас лишает глаз.Не вижу я того, что вижу ясно.

Шекспир, сонет 137, перевод Маршака

Что добавить к тому, что известно веками? Светлана, одурманенная иллюзиями, что Вэс одумается и ей удастся его вернуть, отказалась подавать на развод и требовать возврата денег, выманенных мошеннически, не думая о будущем дочери, и бестолково повторяла, что сделала всё сознательно, из-за любви к Питерсу. Адвокат был бессилен, столкнувшись с глупым упорством и нежеланием бороться. Он отказался вести её дело, которое считал стопроцентно выигрышным, но поскольку она сама отказалась от борьбы, лишь посоветовал ей оформить раздел имущества, чтобы легально зафиксировать раздельное проживание.