Свободный сон наяву. Новый терапевтический подход

В процессе терапии свободным сном наяву чувство стыда и вины часто мешают выражению фантазмов, связанных с фетишизмом. Наблюдателю необходимо иметь тонкое чутье, чтобы обнаружить образы, имеющие к нему отношение. Редкий пациент будет открыто говорить о данных аспектах своей психологической проблематики.

11. В мире безмолвия, или препубертатный период

И вот настал возраст рассуждения, или возраст здравого смысла, как не зря его называли раньше. Начиная с восьми и до одиннадцати лет, в высших зонах мозга развертываются и приумножаются различные формы нейрональных связей, укрепляя основу того, что прогрессивно превращается в систему мыслительных, интеллектуальных операций. «Я» начинает самоутверждаться, не достигая, однако, своей монолитности. Тело продолжает расти, не переживая при этом кризисов, способных вызвать травматические последствия. Во время этого относительно нейтрального периода развития личности организм исподволь готовит преобразования подросткового возраста.

Личность продолжает свое развитие и обнаруживает свои особенности, одновременно отражающие природные свойства ребенка и последствия пережитых ранее кризисов. Будучи лишенным критических эндогенных факторов развития, этот период, конечно же, не защищен от агрессивного влияния окружающей среды. Обстановка, в которой он протекает, и происходящие события, особенно те, которые влияют на семейные структуры, иногда оказывают определяющее влияние на последующие способы реагирования личности. В терапии свободным сном наяву препубертатный период не лишен свойственной именно ему симптоматики.

Помимо онирических эпизодов, относящихся к комплексу Эдипа, в которых обнаруживаются символы, описанные мною в одной из предыдущих глав, мы увидим специально связанные с этим периодом развития образы, которые скорее относятся к воспоминаниям, чем к символам. Они чаще всего отсылают нас к чувству стыда или чувству вины, которые длительное время были вытеснены из сознания. Препубертатный период является возрастом фантастических вымышленных эпопей, возрастом идентификации с героями и непрерывно обновляемых воображаемых путешествий. Когда какая-то реальная ситуация, требующая минимум смелости, внезапно делает очевидным несоответствие между фантазируемыми компенсаторными ожиданиями и реальной ограниченностью возможностей, травма может быть жестокой и оставляет после себя болезненные шрамы, которые сотрутся, лишь когда пациент проявит реальную смелость, необходимую для воспоминания во сне наяву забытой реальной сцены.

В тридцать пять лет в своем четвертом сценарии Патрик решается на встречу с чувством стыда, которое в результате вытеснения превратилось в чувство вины: