Свободу мозгу! Что сковывает наш мозг и как вырвать его из тисков, в которых он оказался

Но это правда, что мы не используем весь потенциал мозга, как и не реализуем все возможности своих рук. Мы могли бы дирижировать оркестром, рисовать шедевры, делать скрипки, дробить бетонные блоки. Все это могут делать руки, но лишь один человек из тысяч реализует хотя бы одну из этих возможностей. То же самое можно сказать и о мозге. Массачусетский технологический институт (МТИ) выбрал себе следующий девиз: «Головой и руками». Эта метафора означает, что мы «недогружаем» свой мозг. Если проследить историю пути, пройденного нашими руками, начиная от умения пользоваться рубилом до игры на пианино, то можно ясно представить себе, какие широкие горизонты таит в себе виртуозное овладение движениями, которое мы называем «кинесферой»[7]. То же самое можно сказать про интеллектуальную жизнь.

Разумеется, в будущем возможности нашей физической и интеллектуальной жизни начнут более тесно общаться, поскольку они тесно связаны и дополняют друг друга благодаря эволюции. Нейрон появился, чтобы контролировать движения человека, и только много позже он начал регулировать интеллектуальную жизнь. Возможности наших рук и их виртуозных движений настолько велики, что нам по силам создавать альбомы вроде «Giant Steps» джазиста Джона Колтрейна или картины не хуже «Рая» Тинторетто. А завтра мы овладеем игрой на каком-нибудь суперфортепьяно, научимся управлять межгалактическими кораблями и делать сложнейшие хирургические операции. Любой музыкальный, космический или медицинский инструмент является священным звеном, посредником между физической и умственной жизнью. В искусстве эксплуатации этого звена нам еще многое предстоит сделать.

Все гении?

Я считаю, что все люди могут стать гениями. Проблема не в нас самих, а в определении терминов «вундеркинд» или «гений», которое кажется мне совершенно неверным. Возьмем, например, коэффициент интеллекта (IQ), который прекрасно вписывается в «царство количества» Рене Генона. Началось все с G-фактора английского психолога Чарльза Спирмена. В 1904 году он заметил интересную корреляцию между школьными успехами по разным дисциплинам. Например, хорошо успевающий по английскому языку ученик имеет больше шансов стать первым и по математике, и по другим предметам. Поэтому в любом классе есть отличники. Спирмен решил найти общий показатель такого превосходства, нашел его и назвал G-фактором (G от слова «general», т. е. «общий»). Понятие коэффициента интеллекта тогда еще только разрабатывалось.

В те времена общество увлекалось евгеникой и «социальной гигиеной», так что открытие Спирмена подоспело в самый раз. Популяризатором идеи измерения интеллекта был пионер евгеники Гальтон, который установил псевдонаучную шкалу умственных способностей разных народов, чем и оправдал колониализм. Хотя на самом деле Спирмен заметил всего лишь связь между собой школьных оценок, обусловленных самой сутью методов преподавания в школе. Чтобы получить хорошие отметки по английскому языку, ученику требовалось задействовать практически те же самые интеллектуальные ресурсы, чтобы преуспеть и в математике. Но школа – далеко не вся жизнь, она всего лишь часть жизни, а не наоборот. Поэтому человека нельзя измерить одним лишь G-фактором. Даже если он и описывает один небольшой аспект интеллекта, совершенно неправильно утверждать, что с его помощью можно объяснить причину превосходства, хотя бы только умственного.

G-фактор для интеллекта примерно то же самое, что для головы человека – тень от нее. В нем есть смысл, но его очень мало, и нужно быть очень высокомерным или глубоко несведущим человеком, чтобы приравнять этот фактор к такому сложному явлению, как человеческий интеллект. Расстановка людей с точки зрения интеллектуальной жизни по G-фактору – то же самое, что расставить их по росту. Это имеет смысл, если речь идет о некоторых видах спорта. Но даже невысокий человек, в принципе, может играть в баскетбол, а крупный и тяжелый – заниматься верховой ездой.

Я часто вспоминаю, как Винсент Джиганте по прозвищу Чин («Скула») в течение более десяти лет мог убеждать в своей умственной неполноценности дюжину знаменитых психиатров, хотя он был крестным отцом нью-йоркской мафии 80-х годов.

Почитание G-фактора – это всего лишь один из культов великой религии количества, беспощадной к своим еретикам. Если придумать другой маркер школьных успехов, например, если бы рост или цвет глаз ученика соответствовал оценкам, то любой разумный человек назвал бы эту школу плохой, потому что важность физического разнообразия доказана самой природой в ходе естественного отбора. И тогда почему мы, правильно рассуждая насчет физической жизни, не делаем того же самого по поводу жизни интеллектуальной? Довольно часто здравый смысл, который легко применим к ее оценке, не в состоянии описать жизнь умственную, потому что легко можно увидеть работу руки и прочих частей тела, но невозможно рассмотреть, как действует собственный мозг.