Своя на чужой территории

– Понимаете, Ольга Захаровна всегда была лучшим педагогом, пользовалась авторитетом и у учеников, и у коллег. К ней обращались за советами, ее побаивались, она была строгой, образцом для многих. И тут такое. Она не могла пережить, и, конечно, возненавидела Царегородцева, – продолжала Татьяна.

– Да в конце концов! Что за драма! Все живы и здоровы были! – не выдержала Юлька. – Ну, забеременела ее дочь, не смертельный же случай!

– Вы не знаете Ольгу Захаровну! – парировала библиотекарша. – Она бы посадила Алика, если бы не Натка. Там такое было! Она его вынудила жениться, заставила.

– Вы оправдываете Алика? – удивилась Юлька.

– Просто его загнали в угол! Все могло сложиться иначе!

– Он играл в любовь со всеми вашими подружками… но жалеют все его? – Юля искренне хотела, но никак не могла понять чувств этой женщины. – Чудные дела!

Это же какого масштаба нужно иметь мужское обаяние, чтобы все вот так вокруг тебя «водили хороводы», строили глазки, всячески пытались затащить в постель, а когда возникала очередная брошенная пассия, осуждали именно ее? И еще Юля подумала о непрочности женской дружбы, которая погибает при первом столкновении с конкуренцией, завистью и предательством. Женщинам всегда не хватает мудрости, чтобы выдержать все испытания, не совершать губительных ошибок, а если все же была ошибка, понять подругу и простить. Сначала кажется, что только подруга может бросить свои дела и примчаться, когда ты отчаянно рыдаешь в телефонную трубку. Но когда в женских отношениях появляется мужчина, законы дружбы не действуют. Они исчезают, как утренний туман.

– Хорошо. Татьяна Юрьевна! А где мне найти Роберта, сына Алика?

– Они с Ольгой Захаровной живут вместе, – еще раз огорошила журналистку Бутова.

Вот как?! А старая учительница об этом и словом не обмолвилась. Партизанка просто! Зато становится понятно, при чем тут Чехов. Путешествием классика она Юлино внимание отвлекала.

Получалось, Юле нужно опять идти к Ольге Захаровне. Только вот под каким предлогом? С порога спросить: «Зачем же вы мне врали, милая старушка?» А она выпроводит Юльку в два счета и будет права. Нет, к этому визиту сначала надо основательно подготовиться, а сейчас ее ждут Луиза и Настя Капцова. Вечерок предстоит веселый! Юля не сомневалась в том, что Настя, как бывшая возлюбленная оператора, добавит красок к его портрету. Сбор информации сродни наполнению медом пчелиных сот – в каждую ячейку идет своя закладка-загадка. И тут вся надежда на Луизу: она, в отличие от Капцовой, лишена непомерных актерских амбиций и понимает, как важно для Юлии провести расследование. А то ведь Настя вполне может «включить звезду» и выворачивать душу наизнанку откажется.

«Ну, Алик! Ну и покоритель женских сердец!» – подумала Юля и начала прощаться с библиотекаршей, которая не сумела скрыть своей радости. Видно, разбередила Юля ей душу вопросами про Царька.

Теперь предстоял поход в магазин. Как известно, женских посиделок без десертов и шампанского не бывает. Сорнева зашла в гастроном, купила большой торт и бутылку игристого вина. Подумав, добавила батон, колбасу и сыр. Не слишком изысканно, но очень хотелось есть, ведь в библиотеке девушку только чаем напоили.

В гостинице стояла тишина. Администратор говорила по телефону и не обратила внимания на тихонько прошмыгнувшую Юльку. Наверное, такое безмолвие – последствие оперативных мероприятий следователя Уткина. Хотя Юльке бы тоже не помешала информация, добытая плюгавеньким стражем порядка. Интересно, был ли в гостинице кто-то посторонний в тот трагический вечер?

Сопродюсер открыла дверь сразу же.

– Юлька! Я замучилась тебя ждать! Проходи.

– Луиза! Вот знаешь, о чем я думаю? В гостинице произошло убийство. Заметь, убивают тут не каждый день. И что же я вижу?

– Что? – испуганно спросила Луиза.

– А то! Никаких выводов никто не сделал! Администратор болтает по телефону, на меня внимания не обратила. Я захотела и прошла. Никто на меня даже не посмотрел.

– Да, взять с них (имея в виду провинциальную доверчивость и некоторую безалаберность сотрудников) совершенно нечего! – согласилась Луиза. – Вот в питерских гостиницах охрана круглосуточная, плюс камеры наблюдения, а здесь на это не тратятся.

– Хотя… – заговорщицки подмигнула Сорнева, – с некоторых из нас очень даже есть что взять! – и протянула Луизе свои «дары».

– Шампанское! – обрадовалась та. – Сгодится! Сейчас бутербродов наделаю. Ты голодная?

– Я просто умираю, так хочу есть! – призналась журналистка.

– Подожди, не умирай. Я буду тебя спасать, – засмеялась Луиза.

Сопродюсер ловко начала мастерить двойные бутерброды – и с колбасой, и с сыром, а пока работала ножом, поинтересовалась:

– Юль, а скажи, пожалуйста… ты зачем попросила Настю позвать?

– Поговорить про Алика, уж прости за журналистский цинизм. Я успела многое о нем выяснить, но чем больше информации, тем ярче восприятие. Мне это нужно, чтобы вычислить убийцу: поняв, каким человеком был Алик, я смогу понять, как и кому он мог навредить, а значит, кто хотел и мог его убить.