Сытый бунт. «Грязное белье» оппозиции

«Нельзя путать плюрализм и шизофрению», – сказал как-то доктор философии Игорь Чубайс, родной брат «отца приватизации». В обществе всегда существует согласие по ключевым позициям (без этого нет самого общества) и широкая дискуссия о деталях и тактике (потому и нужна многопартийность). А мы пока не согласовали ответ на важнейший вопрос: СССР – это наше высшее достижение или страшная катастрофа? «Представьте, что в Германии продолжалась бы дискуссия: Гитлер – хороший парень или негодяй?» – удивлялся Чубайс. Пока вы не разобрались в своем прошлом, вы совершенно не способны двигаться в будущее. Когда ваш сын идет в армию и его бросают в Дагестан воевать с террористами – какую Россию он защищает? Россию бомжей, олигархов, компартии, Императорского дома, коррумпированной бюрократии?

Честные, но наивные поклонники коммунизма должны найти в себе мужество и признать – большевистский эксперимент над Россией провалился. Невиданные в 1000-летней истории страны репрессии, никакой «социальной справедливости» и «власти труда» в совдепии не наблюдалось. Между тем советское прошлое для многих россиян сегодня представляется более желанным, чем постсоветское настоящее. И не потому, что оно было «правильным», но потому, что нынешний порядок еще более «неправильный», чем прежний, отмечал философ.

«Вторичный системный кризис состоит в том, что после семи потерянных советских десятилетий, – писал Игорь Чубайс, – проводившийся двадцать лет «курс реформ», навязанные цензурируемыми СМИ и бюрократией новые ключевые правила и ценности постсоветской жизни также доказали свою непригодность и нуждаются в срочной замене».

Внутри страны холодная гражданская война (место «врагов народа» заняли откуда-то повыползавшие «экстремисты всех мастей») начинает перерастать – от Кавказа через Дальний Восток и Химки – в войну горячую.

Выше и важнее свободы мораль, и она должна быть неприкосновенной. Тот же, кто, апеллируя к свободе, игнорирует семейные нормы, растлевает молодежь, превращает государственное и негосударственное ТВ, сцену, экран, эстраду в механизмы героизации криминала, насилия, нецензурщины, пошлости, в машину насаждения извращений, тот сажает семена зла. Свобода от морали России не нужна!

Купить можно чиновника, лес, закон, должность, диплом, любовь, свободу от наказания, внутренние органы… В результате духовно-интеллектуальная жизнь российского общества заменена на михалковщину и собчаковщину. Страна отворачивается от политического класса, который состоит из деградирующего отстоя. Провальной оказалась и проводившаяся в 90-е годы «прихватизация», обогатившая бюрократию и не создавшая новых, независимых собственников, признается близкий родственник человека, возглавлявшего эту самую приватизацию.

…Ленин прямо и открыто декларировали свою цель – разрушение старого государства. О том, что над российской историей (а не территорией, как думал Черчилль) опускается «железный занавес» впервые в 1918 году написал Василий Розанов… «Союз ССР и историческая Россия не просто разные, они не совместимы и взаимоисключающи, – утверждает Игорь Чубайс. – Между ними госпереворот 17-го года, гражданская война, ВЧК-КГБ, Голодомор, раскулачивание, расказачивание, коллективизация, КПСС…»

Нынешняя власть и ее изнанка – внесистемная оппозиция – реализуют проект «винегрет-идентичность». Утром проводится политика просоветская, вечером – анти-, днем пророссийская, завтра – антироссийская, в полдник – прозападная, а после завтрака – антизападная, смотря что выгодно. При этом главной остается линия гримированного неосталинизма. На практике это ведет к тому, что, видимо, скоро полицаи будут охранять сталинские билборды, Ленина в мавзолее и Николая II – в Петропавловке.

Постсоветская Россия стала единственным в мире государством практикующим одновременно несоединимое «лево- и правостороннее идеологическое движение», как бы происходящее под лозунгом «Добро пожаловать немецко-фашистским захватчикам», отмечает Чубайс. Такая политика, ведущая к деградации России, соответствует интересам новой «элиты» ибо, разрушая всякую систему координат, ликвидируя пункт отсчета, точки около ноля, она снимает вопрос об ответственности за прошлое, настоящее и будущее.

Наверное, будь сейчас президентом Анпилов или Лимонов, Путина пригласили бы на Болотную площадь – он ведь тоже время от времени говорит правильные слова о демократии. Почему бы не собрать всех, кто хорошо говорит, независимо от того, что они делали раньше, делают сейчас и что намерены делать в будущем. Торжествовать победу амнезии над политической репутацией, историей и здравым смыслом. Начать с чистого листа, будто мы живем не в череде событий, а в компьютерной игре, и чтобы выиграть, надо всего лишь перезагрузиться и попробовать еще раз. И все это ради иллюзорного единства, которого никогда не было, нет, не будет и быть не может.