Тайна долгожителя Жанны Кальман

Но, по факту, ведь перед нами дама, которая не вела здоровый образ жизни, а эти французские учёные, показывая на пример Кальман и говоря о её генах долголетия, отсылают всех желающих жить дольше и быть здоровыми, к самому Сатане, с которым у них, что очень похоже, подписан контракт.

Согласно договоренности с князем Тьмы, основной автор рекорда Жан Мари Робин, который провел множество интервью с Кальман, раньше часто говорил, что у неё в роду очень много долгожителей. Ау, а где они? А не оказалось! Средняя продолжительность жизни тридцати родственников рекордсменки, как показала работа с французскими архивами, оказалась равна лишь 72 годам. Вы скажете: это много! А нет! И даже не редкость для Европы середины XIX века. Наоборот, средненькая такая цифра. Так как те, кто доживал до 30-35 лет, еще жил как минимум столько же. Таким образом, способность пускать пыль в глаза всему миру – это отличительная особенность данного рекорда.

И даже эти 72 года являются ли следствием генетики? Или же предки Жанны Кальман просто имели более высокий уровень доходов, чем средний француз? И они могли себе позволить лучшее питание, не истощающую тяжелую работу, хорошее для того времени медицинское обслуживание и и так далее и тому подобное.

Да что там XIX век, вот пример – полный тезка автора рекорда ботаник Жан Робин (1550-1629). Как видите, человек прожил 78-79 лет, и это начало XVII века. А начал он жить, когда Ивану Грозному было 20 лет.

Авторы рекорда Кальман, говоря о высокой продолжительности жизни у её предков, занимаются лишь очередной манипуляцией с цифрами.

Давайте посмотрим, как вас незаметно обманывают именно цифрами. Например, в 1875 году, когда родилась Жанна, показатель ожидаемой продолжительности жизни был для француженки 44,11 года, а в сто лет, которые ей исполнилось в 1975 году, этот показатель был уже для француженок 76,87, а когда она ушла из жизни в 1997 – аж 83,21. И это не заслуга того, что гены человечества за срок суммарной жизни Жанны и Ивонн Кальман изменились. Наоборот, гены никакого отношения к этому не имеют.

И хотя кинетику смертности модельных животных можно чуть подрегулировать, влияя на сигнальные пути, но никаких генов долголетия даже мышей до сих пор не найдено. И это очень важно!

Да, я слышал, последнее время авторы рекорда стали больше говорить про удачу лица Жанны Кальман.

Разлюбезный Пал Иванович, как же так можно? Забавно, что жесткая конструкция механизмов жизнеобеспечения организма и формирования болезней старости об этом не знает. Ведь если слово «удача» проходит для рационального мышления обычного человека, то ученый должен сказать, какие именно механизмы сыграли роль. Но нет, тут звучит только слово «удача», так как ничего за этим псевдорекордом не стоит.

На сегодня наука о старении заполнена различного рода Чичиковыми, торгующими своей мёртвой душой. Вероятно, это закономерно для науки, в которой никто не нацелен на результат. А вот случайно или нет возник такой масштабный плутовской проект как «феномен валидатора Кальман» именно во Франции, у меня нет ответа.

Удивительный факт. Авторы рекорда Кальман, говоря о наследственном компоненте её сверхдолгой жизни, даже не удосужились взять её ДНК. Нет, не провести анализ, а просто взять биологический материал. Вот так и говорят: тут именно гены причина того, что она так долго жила, верьте нам на слово. Забавно, не правда ли?

Таким образом, «феномен рекорда Кальман» – это скорее вопрос веры, а не науки. А к науке этот рекорд, на мой взгляд, конечно, вообще никакого отношения не имеет.

Дело Кальман мне напомнило дело Альфреда Дрейфуса, когда этого капитана французской армии осудили за пособничество немецкой разведке. Суд проходил при закрытых дверях. На виновности Дрейфуса решительно настаивали начальник генерального штаба генерал Буадефр и его помощники. Судьи колебались, и тогда с согласия военного министра, что важно, следователь изготовил фальшивую записку, якобы написанную германским послом. Дрейфус был приговорён за шпионаж и государственную измену к разжалованию и пожизненной ссылке.

Но для нашей истории это не суть. А схожесть здесь в том, что когда позднее уже выяснилось, что часть документов в этом деле подложные, а часть информации «авторы дела» умалчивали, половина французского общества встала, но не на защиту капитана, единственного тогда офицера во французской армии с еврейскими корнями, а наоборот, за его обвинение. Так как это нарушало некие принципы самосознания в обществе. Это привело к масштабному социальному конфликту в истории Франции – в адвоката Дрейфуса стреляли, а писателю Эмилю Золя, который встал на защиту Дрейфуса, пришлось бежать из страны.