Читаем Тайна долгожителя Жанны Кальман полностью

Мало того, слухи о том, что это дочка, а не мать, ходили даже при жизни лица, которую мы знаем под именем Жанны Кальман. Но слухи вместо масла на бутерброд не намажешь. И статей не будет, и книг, да и деньги фонда даны именно на верификацию её возраста, а не разбирательство с какими-то слухами о её личности. Возможно, именно так думали авторы рекорда.

Я должен сказать, что заметную роль в том, что рекорд Кальман так долго продержался, есть явная заслуга американской геронтологической исследовательской группы (GRG), которая в 1999 году начала работать с долгожителями. Вернее, её члены занялись верификацией рекордов. И конечно, если бы рекорд Кальман был бы объявлен как ложный, это сильно бы ударило по смыслу их работы.

Но сомневающихся было не просто много, а очень много. Поэтому GRG пришлось активно поработать со всеми сомневающимися. Был создан специальный форум the110club – мнения тех, кто сомневался в Кальман, обычно засмеивали, затирали, удаляли. Кроме того, фотография, которая представляла Жанну Кальман в молодости, на их странице на самом деле принадлежала Ивонн Кальман. Это случайность? Сомневаюсь.

Эти методы были хорошо видны и в последующем. Их активно применили американские и французские игроки (по-другому их не назовешь) в рекорды. Их задача, чтобы рекорд Кальман, как краеугольный камень созданной системы, устоял. И устоял вне зависимости от обнаруженной массы проблем в самом рекорде. Кроме того, на форуме его организаторы старательно переводили дискуссию в плоскость «веришь – не веришь» с криками «спасайся кто может, русские идут».

Мы очень легко, только бросив взгляд оцениваем возраст любого человека, при этом можем сразу сказать, что это ребенок, взрослый или старый человек уже с самого раннего детства. Ни один трехлетний ребенок не скажет слово «мальчик» в адрес взрослого мужчины, в более взрослом состоянии уже в школе мы можем точно сказать: это ученик 5-го или 7-го класса. Как правило, оценивать возраст другого человека легче, если он одной с вами расы. Я всегда точно оцениваю возраст своих пациентов старше 75 лет и делаю значительно больше ошибок при оценке возраста жителей Африки и Азии. Если возраст своей 80-летней пациентки россиянки я оцениваю с точностью 2-3 года, то с возрастом вьетнамца могу ошибиться и на 10 лет.

За этой точностью оценки стоят сложные механизмы сигнала зрительной модальности, которые сложились в эволюции человека. И такая точность измерения возраста других людей говорит о том, что это было крайне важно, то есть было связано с жизнеспособностью вида. Мы всегда, я говорю о людях в целом, довольно точно оцениваем возраст, если мы только сами не больны, и наш интеллект не находится в печальном состоянии. Небритого и плохо одетого молодого мужчину, как «более взрослого», тогда как одетого в молодежную одежду пожилую даму, как более молодую. Таких примеров можно привести много. А еще и пластическая хирургия вмешивается. Себя же оцениваем чаще моложе, чем мы есть.

Таким образом, возраст – это отражение периодов развития и инволюции человека. Это настолько точная оценка, что все другие способы пока отстают от него в точности. Если мы оцениваем возраст кого-либо как более молодой или более старый, то это означает, что наш мозг замечает множество показателей, что приводит нас к такой мгновенной оценке, что человек несколько не соответствует своему паспортному возрасту.

Но к такой оценке добавилась дополнительно и профессиональная экспертная оценка клинической части возраста, что более важно нам по данной ситуации.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Советская внешняя разведка. 1920–1945 годы. История, структура и кадры
Советская внешняя разведка. 1920–1945 годы. История, структура и кадры

Когда в декабре 1920 года в структуре ВЧК был создано подразделение внешней разведки ИНО (Иностранный отдел), то организовывать разведывательную работу пришлось «с нуля». Несмотря на это к началу Второй мировой войны советская внешняя разведка была одной из мощнейших в мире и могла на равных конкурировать с признанными лидерами того времени – британской и германской.Впервые подробно и достоверно рассказано о большинстве операций советской внешней разведки с момента ее создания до начала «холодной войны». Биографии руководителей, кадровых сотрудников и ценных агентов. Структура центрального аппарата и резидентур за рубежом.В формате PDF A4 сохранен издательский макет книги.

Александр Иванович Колпакиди , Валентин Константинович Мзареулов

Военное дело / Документальная литература
Leningrad
Leningrad

On September 8, 1941, eleven weeks after Hitler launched Operation Barbarossa, his brutal surprise attack on the Soviet Union, Leningrad was surrounded. The siege was not lifted for two and a half years, by which time some three quarters of a million Leningraders had died of starvation.Anna Reid's Leningrad is a gripping, authoritative narrative history of this dramatic moment in the twentieth century, interwoven with indelible personal accounts of daily siege life drawn from diarists on both sides. They reveal the Nazis' deliberate decision to starve Leningrad into surrender and Hitler's messianic miscalculation, the incompetence and cruelty of the Soviet war leadership, the horrors experienced by soldiers on the front lines, and, above all, the terrible details of life in the blockaded city: the relentless search for food and water; the withering of emotions and family ties; looting, murder, and cannibalism- and at the same time, extraordinary bravery and self-sacrifice.Stripping away decades of Soviet propaganda, and drawing on newly available diaries and government records, Leningrad also tackles a raft of unanswered questions: Was the size of the death toll as much the fault of Stalin as of Hitler? Why didn't the Germans capture the city? Why didn't it collapse into anarchy? What decided who lived and who died? Impressive in its originality and literary style, Leningrad gives voice to the dead and will rival Anthony Beevor's classic Stalingrad in its impact.

Anna Reid

Документальная литература
Госпожа Смерть. История Марии Мандель, самой жестокой надзирательницы Аушвица
Госпожа Смерть. История Марии Мандель, самой жестокой надзирательницы Аушвица

Биография самой жестокой надзирательницы Аушвиц-Биркенау – Марии Мандель, основанная на более чем двадцати годах исследований, а также десятках уникальных воспоминаний выживших узников концлагерей.К моменту своей казни в 1948 году Мария Мандель достигла самого высокого ранга, какого только могла достичь женщина в Третьем рейхе. Как главная надзирательница женских лагерей Аушвиц-Биркенау, она несла личную ответственность за пытки, страдания и массовые убийства десятков тысяч человек.В Аушвице Мария, прозванная «госпожой жизни и смерти», основала известный женский оркестр и «усыновила» нескольких детей, попавших в лагерь – чтобы позже отправить их в газовые камеры, когда они ей надоели. На каждой лагерной перекличке она часами мучила заключенных, пока те не падали замертво, а также избивала плетью за малейшую провинность. Выжившие узницы даже спустя 70 лет не оправились от ее пыток – а участницы женского оркестра знают, что обязаны ей жизнью.В течение двух десятилетий историк Сьюзен Эйшейд воссоздавала биографию Марии Мандель, исследуя архивы, беседуя с выжившими узницами женских лагерей, ее родными и близкими. Результатом стала уникальная и жуткая книга о том, как легко обычный человек, наделенный безграничной властью, превращается в садиста и монстра.«Увлекательная и беспощадная, книга Сьюзен Эйшейд основана на ценных источниках и уникальных исследованиях сложной судьбы печально известной нацистской преступницы. Важное дополнение к растущему числу работ о женщинах-преступницах в Третьем рейхе». – Люси Эдлингтон, автор книги «Портнихи Аушвица. Правдивая история женщин, которые шили, чтобы выжить»«Основываясь на рассказах выживших, Эйшейд подробно описывает в своем исследовании жестокую действительность лагерей и бесчеловечность их охранников. Книга исследовательницы – это яркое и горькое свидетельство ужасов Холокоста». – Kirkus Review

Сьюзен Эйшейд

Биографии и Мемуары / Документальная литература / Публицистика
Дневник добровольца
Дневник добровольца

«Дневник добровольца» Дмитрия Артиса — история человека, ушедшего добровольцем на СВО, настоящего чернорабочего воинского дела, который увидел и записал пережитое. Книга Дмитрия Артиса написана в лучших традициях отечественной военной прозы. «Дюжина выверенных портретов, если вам интересно узнать, кто воюет на этой войне. Две дюжины точно подслушанных диалогов, если вам интересно узнать, о чём думают и говорят участники этой войны. Россыпь метких наблюдений. А всё вместе — история», — так написал о «Дневнике добровольца» Захар Прилепин. Помимо всего прочего, «Дневник…» еще и самоучитель того, как выживать на войне. Из какого бы времени вы ни читали эту книгу, она сможет вам пригодиться. Это книга о Человеке на войне, о силе духа и о любви к Отечеству. Книга содержит нецензурную брань

Дмитрий Артис

Документальная литература / Проза о войне / Самиздат, сетевая литература