Тайна Туринской плащаницы. Новые научные данные

Марк 15, 46: "Он, купив плащаницу и сняв Его, обвил плащаницею, и положил Его во гробе, который был высечен в скале, и привалил камень к двери гроба".

Лука 23, 53: "И, сняв Его, обвил плащаницею и положил Его в гробе, высеченном в скале, где еще никто не был положен".

Слово "плащаница" в Новом Завете — это греческое слово "синдон" (sindon). Авторы используют его, говоря о полотнище, в которое было завернуто Тело Иисуса перед погребением. В греческих словарях дается следующее определение слова

sindon: "большой кусок ткани". Как мы знаем, именно так и выглядит Плащаница. Синоптические евангелисты употребляют также греческий термин entulissa, который означает "загнуть вокруг тела", что обычно переводят "обвить" в смысле "обернуть" [17, с. 85]. В итоге получаем следующую картину: длинное полотно было расстелено на каменном ложе, Иисус положен на спину на одну половину, головой к центру. Затем Его накрыли другой половиной ткани, перекинув ее через Его голову.

Пелены (othonia)

В Новом Завете мы встречаем и еще один термин — "пелены" (othonia). У Иоанна мы читаем: "Итак они взяли Тело Иисуса и обвили Его пеленами с благовониями, как обыкновенно погребают Иудеи" (Иоанн 19, 40). Этот же термин использует и Лука: "Но Петр, встав, побежал ко фобу и, наклонившись, увидел только пелены пежащн е" (Лука 24,12).

Покойный исследователь Плащаницы, член ордена иезуитов Вернер Бульст пишет, что термин othonia, употребленный у Иоанна, означает узкие полосы ткани, наподобие бинтов. Это эквивалент термина

keriai ("по-фебальные пелены"), использованного в рассказе о воскрешении Лазаря. При этом по-фечески используется глагол deo, который употребляется в одном значении "перевязывать", но не означает "обертывать". То есть эти "пелены" отличались от большей по размеру "плащаницы" [16, с. 91]. Пеленами обвивали руки и ноги усопшего, чтобы легче было нести тело, особенно через узкий проход в гробницу. Кроме того, пелены были необходимы, чтобы зафиксировать позу умершего (с руками скрещенными на гениталиях). Трупное окоченение, вероятно, началось еще на кресте, поэтому и пришлось обвивать пеленами руки и ноги, чтобы нести Тело. Бульст отмечает, что на отпечатке Тела на Плащанице имеется лакуна над областью запястий:

Вот что необычно. Чуть выше запястий по всей ширине руки имеется лакуна, то есть нет следов крови, которая струйками стекала и запекалась вдоль мускулов предплечья Распятого. Отпечаток крови на предплечье необычно яркий и имеет четкие контуры. Отсутствие изображения над запястьями на обоих предплечьях можно легко объяснить, если вокруг них были обвиты так называемые "пелены" с целью зафиксировать руки в той позиции, как мы видим это на Плащанице. Без этого подобная поза была бы просто невозможна [17, с. 94, 95].

Кроме того, Бульст отмечает, что ноги были точно так же обвиты пеленами выше лодыжки. "Отпечатки конечностей на Плащанице очень тусклые и на виде спереди, и на виде сзади" [17, с. 94, 95]. Это подразумевает, что что-то (а именно пелены) помешало формированию изображения.

Повязка на подбородке (sudarion)

Чтобы еще больше усложнить ситуацию, авторы Нового Завета употребили и третий термин — sudarion, говоря о повязке, удерживающей подбородок. Этот термин еще означает "платок для вытирания пота" или "лицевой платок". Однако Эдуард Уиншел отмечает, что в тот период евреи не закрывали лица умершего, как обычно считают. Ни в одном из многочисленных примеров ритуалов еврейских погребений, описанных в Библии, в апокрифах и в раввинистической литературе, нет ни единого намека на подобный обычай. (Здесь Уиншел говорит именно о лицевом платке, который мог использоваться вместе с Плащаницей, а не о повязке, удерживающей подбородок, о которой мы будем говорить дальше.) Уиншел упоминает историю воскрешения праведной Тавифы апостолом Петром (Деяния 9, 36–43). Когда Петр вернул ее к жизни, то Тавифа "открыла глаза свои и, увидев Петра, села", что подразумевает отсутствие на ее лице какой бы то ни было ткани, которая могла бы помешать ей увидеть апостола. Однако автор отмечает, что Тавифу еще не похоронили, а мы добавим, что на ее лице все-таки лежал плат, который убрал сам Петр, когда воскрешал праведницу.