Тайна Туринской плащаницы. Новые научные данные

Крестоносцы, входившие в ворота ничего не подозревающего Константинополя, были своего рода "троянским конем". Многие из них были простыми крестьянами из Франции и других районов Европы, и у этой "неотесанной" армии закружилась голова при виде византийских сокровищ, равных которым не было нигде, кроме, пожалуй, Рима. Виллардуэн рассказывает: "Многие из наших солдат, как я могу судить, отправились в Константинополь только лишь поглазеть на его великолепные дворцы и величественные храмы, увидеть удивительные сокровища этого города, более богатого, чем любой другой с момента сотворения мира. А что касается святых реликвий, то их даже трудно описать словами, поскольку в то время их в Константинополе было больше, чем во всех остальных странах вместе взятых" [75, с. 76].

Возможно, предводителей армии ослепила жадность и желание завладеть ценными реликвиями, особенно Крестом Господним и Плащаницей, потому Бонифаций Монфераттский, Отто де ла Рош, Генрих, граф Фландрии, и др. приняли решение напасть на Константинополь и разграбить его. Возможно, мотивом послужило желание снискать расположение западных царствующих династий. Как бы то ни было, крестоносцы открыли огонь по Константинополю и не только погубили множество жизней, но и навсегда разрушили многие бесценные святыни христианского мира, в том числе храмы столицы и те уникальные произведения искусства, которые там хранились. Жоффруа де Виллардуэн пишет:

Остальные солдаты разбрелись по всему городу, захватили множество трофеев; добыча была столь велика, что никто не мог сказать, сколько там было золота и серебра, посуды и драгоценностей, шелков и атласа, и одеяний на беличьем меху и подбитых мехом горностая, и всевозможных сокровищ, какие когда-либо имелись на земле… со времени сотворения мира никогда не было ни в одном городе захвачено столько добычи [75, с. 92].

Лидеры Крестового похода тщательно охраняли два дворца. Маркиз Бонифаций — Большой императорский дворец (и, соответственно, церковь Богоматери Фаросской), а Генрих — Влахернский дворец. Как вы помните, Плащаница в тот период находилась в церкви Богоматери Фаросской.

Плащаница исчезает

Робер де Клари, участник Четвертого Крестового похода, написал в своих хрониках под названием "Завоевание Константинополя":

И среди других был монастырь, известный под именем Пресвятой Девы Марии Влахернской, где хранилась Плащаница (syndoine), которой наш Господь был обернут. Каждую пятницу эта Плащаница была выносима и поднималась для поклонения так хорошо, что было возможно видеть Лик (figure) нашего Господа. И никто, будь то грек или франк, дальше не знал, что случилось с этой Плащаницей после разгрома и расхищения города [19, с. 112].

Слово syndoine,

вероятно, значит sindon, то есть "плащаница". Доктор Питер Дембовски говорит, что на старофранцузском слово figure, употребленное в оригинале, можно перевести дословно как "очертания" нашего Господа [71, с. 56]. Плащаница, которая обычно хранилась в церкви Богоматери Фаросской, по пятницам крестным ходом переносилась в храм Богородицы Влахернской и выставлялась напоказ. Робер де Клари рассказывает о том, что "маркиз [Бонифаций] велел взять себе дворец Львиную Пасть, и монастырь Св. Софии [храм Софии

Премудрости Божией], и дома патриарха; и другие знатные люди, такие как графы, повелели взять себе самые богатые дворцы и самые богатые аббатства, какие только там можно было сыскать" [19, с. 101]. Далее Клари повествует, что было там пять сотен залов, выложенных золотой мозаикой, и около тридцати церквей, как больших, так и малых; среди которых была и церковь Богоматери Фаросской.