Тайны языческих богов

О том, как сильно поднялась дисциплина, связанная с такими практическими задачами, как поддержание продовольственного запаса, в этом томе уже говорилось⁵³⁶. Несомненно, чтобы сохранить состояние равновесия, она объединила индивидуумов и группы в стабильные социальные структуры более высокого уровня. Но в основе всех "коллективных представлений", навязываемых членам социальной группы, всегда обнаруживается концепция трансцендентального порядка, находящегося вне сферы существования и человека, и общества. Этот порядок ассоциируется с непредсказуемыми, необъяснимыми и таинственными событиями, предметами и процессами, проявляющимися во Вселенной и в жизни человека. В этом как раз и состояла сущность религии — во все времена и при любом уровне развития культуры. Действительно, с точки зрения дисциплины религию можно описать как признание внеземного священного порядка, реализующегося во Вселенной и управляющего и ею, и делами людей — как общественными, так и личными. Религия — это также отражение стремления установить и поддерживать добрые отношения с вселенским порядком. Посредством ритуальных установлений налаживались эффективные связи с источником жизни и власти, изобилия и благополучия, преодолевалось бессилие перед смертью, бесплодием и болезнями, которым подвержена человеческая плоть, а также достигалась стабильность и равновесие в государстве. С помощью символов, обрядов и танцев человеческая энергия направлялась на объединение общества и давала людям возможность — индивидуально или коллективно — преодолевать кризисные ситуации с чувством оптимизма, поборов страхи и возродив ожидания.

Таким образом, в критические периоды жизни индивидуума с колыбели и до могилы, а также в загробном мире, при смене времен года и особенно при наступлении нового года, возможные перемены в его бытии унифицировались, контролировались и направлялись сверхъестественными силами, которые, как считалось, управляли всем ходом событий и человеческими судьбами. В условиях палеолита эмоции и устремления подчинялись обеспечению запаса продовольствия, концентрировались вокруг рождения и смерти. Культы возникали именно в связи с опасными явлениями и обеспечивали четкое выражение самых насущных нужд в любой напряженной ситуации, чреватой для всех серьезными последствиями. В обеспечении запасов съестного дело осложнялось тем, что между человеком и животными, на которых он охотился, существовало некое чувство родства. Действительно, поскольку животные составляли важную часть ниспосланных провидением благ и милосердия, они приобретали значение божественных, будучи первостепенным источником средств человеческого существования. Следовательно, необходимость убивать и съедать животных вступала в конфликт с чувством родства с ними. По-видимому, именно из этой противоречивой ситуации и связанной с ней эмоциональной напряженностью возник культ пещер.

Природа и функция символов

В уединении этих недоступных палеолитических святилищ колдовство, обеспечивавшее успех в охоте, совмещалось с обрядами плодородия и преумножения, с танцами в масках для установления и поддерживания связи со священными видами животных. Леви-Брюля (Levy Bruht) (Люсьен Леви-Брюль, французский этнограф, 1857–1939. — Прим. пер.) объясняет подобное поведение наличием у людей "дологического мышления"⁵³⁷. Но эта гипотеза ведет к неверному пониманию того, что он называет "законом противоречия" и "законом участия". Согласно его гипотезе, все вокруг пропитано силами, влияниями и воздействиями, пусть и незаметными для разума, но настолько реальными, что пропадает разница между этим миром и миром загробным, смешивается то, "что действительно дано разуму и что находится за его пределами". Поэтому все объекты и существа природного порядка неотделимы друг от друга и так тесно связаны между собой, что один проникает в другой, делая его не тем, что он есть, и давая ему возможность быть одновременно в разных местах. Вот почему в тотемном обществе человек представлял себя своим собственным тотемом, а в условиях палеолита надевал на себя костюм, изображая зверей, как в упомянутом случае с "колдуном" в Труа-Фрэр и с танцором в маске в Лурде и т. д.