Тайны языческих богов

Кроме сложной церемонии, практикуемой в царских усыпальницах Ура, обычной шумерской традицией было хоронить умерших в земляных или выложенных из кирпича могилах с необходимым запасом еды и питья, которые, видимо, пополнялись ежемесячными приношениями⁵⁶², включавшими и личные вещи⁵⁶³. Практиковались погребения в выпрямленном и скрюченном положении; тело одевали или заворачивали в циновку или саван и предавали земле. Захоронение делали на кладбище, но чаще — во дворе дома или под полом комнаты. Погребальный инвентарь по большей части был скудным, n.к. бессмертие не приобрело еще культового значения, кроме тех случаев, когда с роскошью и широкомасштабным жертвоприношением хоронили царей. Эти обряды показывают, что в начале династического периода в Уре большое значение придавали с статусу покойного в загробном мире в противовес более позднему представлению об одинаковом страдании в преисподней и царей, и простолюдинов. Большая часть человечества смирилась с тем, что загробная жизнь — это неподвижность, к которой все приближаются с покорностью и страхом, и объясняла такую ситуацию как лишение, возникшее в результате зависти богов, которые в своих царствах хотели единолично пользоваться бессмертием.

Долина реки Инд

О культе мертвых, существовавшем в Индии в доисторические времена, известно мало. В сельской местности, соседствовавшей с цивилизацией долины Инда (Нал, в южной части Белуджистана), было раскопано обширное кладбище. Как известно⁵⁶⁴, среди различных способов ингумации в III тысячелетии до н. э. основным являлось "частичное" погребение, заключавшееся во вторичном захоронении после выставления тела. Кроме костей, помещенных в маленькие прямоугольные камеры в Дэм-Бути и в сооружения из кирпича в Нале, других хранилищ останков не обнаружено. Но гончарные изделия, медные топоры, бусины и красный пигмент указывают на наличие веры в загробное существование и в необходимость продуктов питания для усопших.

В Мохенджо-Даро некоторое внимание уделялось расположению тел. Но частичные захоронения и кости со следами обугливания скорее являются следствием нападения, а не умышленного погребения. Только в долине Инда на кладбище, обнаруженном в Хараппе в 1937 г. к югу от крепости ("R37"), были найдены свидетельства церемониального погребения. Личные украшения умерших включали в себя ожерелья, браслеты из раковин, стеатитовые ножные браслеты, медные кольца и зеркальца, а в толстом деревянном гробу, находившемся в одной из могил, оказались следы камышового савана. Это погребение напоминало о подобных захоронениях в Шумере в раннединастический период (около 2800 г. до н. э.)⁵⁶⁵ и наводило на мысль о связи его с месопотамским культом мертвых.

На пост-хараппском кладбище "Н" к югу от крепости, на бордюре погребального куба⁵⁶⁶ изображены соответствующие описанию в "Ригведе" сцены путешествия души в следующую жизнь. Однако ранние тексты не говорят о дальнейшей судьбе умерших. В любом случае, рисунки в Хараппе не помогают прояснить доисторические верования. Индоевропейцы, пришедшие в долину Инда во II тысячелетии до н. э.⁵⁶⁷, практиковали и кремацию, и ингумацию. Предание земле было, очевидно, первоначальным способом погребения, так как после сожжения пепел закапывали. В конечном итоге основным обрядом в Индии стала именно кремация. Когда умерших предавали матери-земле, их укрывали ею, "словно мать укрывает юбкой свое дитя". Там они и оставались, пока, как считалось, не приставали в конце своего путешествия по рекам к земле Ямы, царя мертвых и правителя обители блаженства, или туда, куда им было предначертано судьбой поселиться. О том, что кремация стала одним из способов погребения, можно найти упоминание в "Ригведе". Там есть обращение к Агни, богу огня, в погребальном гимне с просьбой не пожирать усопшего, а отослать его к праотцам⁵⁶⁸.

Средиземноморье