Тайны Петербурга

Лабзин плакал и сквозь слезы увещевал братьев пребывать в твердости. По дороге их перехватил министерский курьер и вручил пакет от князя Голицына. В пакете были 2000 рублей и записка. Князь не мог прийти лично попрощаться с опальным старым другом — государева служба, сами понимаете… Около Москвы коляска с изгнанниками опрокинулась, все седоки упали в грязь. У Лабзина начался припадок, который чуть не свел его в могилу. Жена не могла ему помочь, потому что повредила ногу и не могла ходить. Измученный Лабзин спрашивал у жены: «Снесем ли крест наш, Аннушка?» «Полно, Александр, — отвечала она ему, — Господь креста не по силам не дает». Так добрались они до Москвы, где остановились у старого друга семьи известного доктора и видного масона Матвея Яковлевича Мудрова. На следующий же день в дом явился пристав с повелением немедленно ехать дальше. Дело-то государственное…

В начале декабря Лабзины приехали в Симбирск, где местные масоны встретили их с почетом и наперебой предлагали дорогому гостю свою помощь. Немедля явился полицейский чин с предписанием отправляться в Сенгелей без промедления. Глухой зимой доехали они до места и поселились в простой крестьянской избе. Эта зима была самой тяжелой в жизни Лабзина. «Бысть некая зима, всех зим иных лютейша паче». Александр Федорович думал, что не переживет ее, но Господь не без милости, и вот — уже весна. Братья-масоны неустанно хлопотали об облегчении его участи, и в мае 1823 г. ему разрешено было переселиться в Симбирск. Голицын добился назначения ему пенсии в 2000 рублей ежегодно.

Самое худшее осталось позади, постепенно Лабзин смирился со своим положением и даже завел новых друзей, которые казались ему не хуже прежних. Он был абсолютным авторитетом для местных масонов, но не принимал на себя никаких должностей. О переводах и изданиях не приходилось теперь и мечтать. Единственным занятием, скрашивавшим его ссылку, было изучение высшей математики, которому он отдавался со всей страстью своего неукротимого характера.

26 января 1825 года Лабзин скончался на руках у супруги. Чиновник высокого ранга, блестящий переводчик, популярный автор и успешный издатель, Лабзин не нажил «палат каменных» и до самой отставки жил в казенной квартире при Академии. Вдове и приемным дочерям некуда было возвращаться. Их приютил доктор Мудров, в доме которого Анна Евдокимовна жила до своей смерти в 1828 году. Архив мужа, к которому она относилась как к святыне, она привела в порядок и передала Мудрову. Казалось, о Лабзине забыли. Но, как любил он повторять, Господь судил иначе.

Мы возвращаемся к началу нашего рассказа. Когда в 1832 году египетские сфинксы прибыли в Петербург, братья — вольные каменщики приложили все усилия, чтобы их установили именно возле Академии художеств. Лучшего памятника Александру Федоровичу Лабзину нельзя было и придумать.

Глава 8. Масонская символика

Разнообразная масонская символика на фасадах зданий и храмов, в интерьерах дворцов и усадеб, принадлежавшим масонам, на картинах и посуде. Все эти масонские знаки — не просто изображения отвлеченных предметов, они несут в себе особый метафизический смысл, своеобразные послания посвященным. Давайте ознакомимся с основными из них.

Молот и резец

Это орудия труда реальных каменщиков, каменотесов, строителей. Но масоны наделяют эти инструменты особым смыслом. Резец и молот становятся орудиями самосовершенствования. Метафизический смысл понятия «работы над диким камнем» сводится к стремлению из дикого камня человеческих страстей, импульсов, животных вожделений, сделать обработанный камень человека изысканного, возвышенного, тонкого, устремляющегося к высшим ценностям. Как этого добиться? С помощью резца и молотка. Резец — это слово учителя, а молот — повеление мастера или старших в ложе. Благодаря назиданию, благодаря учению и благодаря дисциплине откалывается все лишнее и камень становится отшлифованным и гладким.

Кстати о молоте. Есть свидетельства того, что масоном был Вячеслав Михайлович Скрябин, известный как Молотов. Так вот есть убедительные источники, которые свидетельствуют о том, что это было его масонское звание. Микоян, Петровский тоже были связаны с масонством. Но Скрябин занимал наиболее выдающийся пост. И фамилия его Молотов непростая. И якобы презрительная кличка, уничижительная, которую он носил — «чугунная задница», — это вовсе не прозвище, а некий масонский титул — железное седалище. То есть некий титул, который присваивали в масонской иерархии.

Мастерок

Разве можно построить храм без мастерка? Мастерок необходим для работы с цементом, соединяющим, связывающим камни в единое целое. Но храм, который сооружают масоны, — это храм в душе каждого брата. И все они вместе, выражаясь масонским языком, способствуют созиданию Храма Истины.

Циркуль, угольник и буква G