Танковые засады. «Бронебойным, огонь!»

А у большевиков, похоже, в этой Кубинке были не только сверхмощные пушки, но и танки. По крайней мере, Шталльманну по рации передали приказ немедленно контратаковать русских и не дать возможность выйти к гаубичной батарее и артиллерийским самоходкам. Рации на трофейных русских танках работали отвратительно, и Дитрих Шталльманн с трудом разобрал приказ. Сквозь хрипы статики он также услышал, что их атаку поддержат самоходки — истребители танков.

Командование группы армий «Центр» не зря собрало здесь такие силы. Если русские прорвутся сюда, то участь всей наступательной операции Вермахта на этом участке фронта будет предрешена. Но во многом и генерал-фельдмаршалу фон Клюге, и генерал-полковнику Гудериану пришлось импровизировать. У знаменитого танкового генерала уже заканчивались танки. Его соперник, генерал-майор бронетанковых войск РККА Михаил Ефимович Ватутин, правильно оценил необходимые действия в отношении своих врагов. «Главное — выбить у немцев танки!»

И теперь «трофейная рота» обер-лейтенанта Шталльманна должна была этому воспрепятствовать самым решительным образом.

Трофейные танки Pz.Kpfw.747 Т-34® вышли на гребень холма и сразу же открыли огонь по таким же «тридцатьчетверкам», которые теснили угловатые «Панцеры-IV» и приземистые, словно бы распластанные самоходки «Артштурм». Оставалось их совсем немного — остальные коптили небо погребальными кострами.

— Panzer, vorwärts! Танки, вперед! — отдал приказ обер-лейтенант Шталльманн. — Выходим наперерез русским. Башни — «на один час». Бронебойным заряжай. Дальность восемьсот метров, по группе вражеских танков — беглый огонь!

Дитрих обозрел пространство перед танком в прицельную панораму. Сейчас обер-лейтенант не сомневался в своем успехе. Дюжина танков да плюс еще подошедший взвод истребителей танков «Panzerjager-I».

Эта самоходка была первым немецким истребителем танков. И хотя во многом это был прототип, но прототип весьма удачный. «Panzerjager-I» стал одним из возможных путей продолжения жизни «единичек» — легких пулеметных танков Pz.I. На их перспективах боевой карьеры был поставлен крест еще до начала Второй мировой войны, и только создание на их базе легких самоходно-артиллерийских установок могло оправдать хоть как-то существование «обузы Панцерваффе». Именно так его охарактеризовал Гейнц Гудериан.

В 1939 году специалисты берлинской фирмы «Alkett» предложили сразу три варианта самоходки на базе легкого танка Pz.I. На несколько доработанном корпусе с частично срезанной подбашенной коробкой за легким щитом предполагалось установить 37-миллиметровую противотанковую пушку Pak-35\36, 20-миллиметровую зенитную пушку Flak-30 или 75-миллиметровое пехотное орудие LelG-18.

Но 75-миллиметровое самоходное орудие поддержки отложили однозначно, так как в производстве уже осваивалась StuG.III, а самоходка с 37-миллиметровой противотанковой пушкой тоже не была одобрена из-за слабости орудия.

И тут как нельзя кстати пришлись 47-миллиметровые противотанковые пушки чешского производства, доставшиеся Германии в значительных количествах при аншлюсе Чехословакии. Это орудие в 1937–1938 годах разрабатывала фирма «Шкода» под обозначением «4.7-cm KPUV vz.38», заводской индекс — «А5».

При всех замечательных характеристиках эта пушка имела один существенный недостаток — она была совершенно не приспособлена к механической тяге. Скорость буксировки на конной тяге составляла 10–15 километров в час. Это было достаточным для чехословацкой армии, но абсолютно неприемлемо для немецкого блицкрига.

Зимой 1940 года фирма «Alkett» получила заказ на проектирование самоходной артиллерийской установки с использованием чешской 47-миллиметровой пушки и шасси танка Pz.I или Pz.II.

Для установки нового орудия готовый проект 37-миллиметровой противотанковой самоходки на базе «единички» был переработан, так как изначально эта самоходка была сконструирована на базе Pz.I Ausf.A. Ну, а этот танк оказался непригодным для такой переделки — при стрельбе без специальных упоров у него разбивало ленивец. Орудие установили на шасси танка Pz.I Ausf.B, и вместо штатного щита оно получило открытую сверху и сзади рубку с толщиной брони в четырнадцать с половиной миллиметров.

В летних боях 1941 года «Panzerjager-I» с подкалиберными снарядами показали себя очень хорошо, и вся критика в их адрес сводилась исключительно к ходовой части и трансмиссии. Часто шасси застревали на русских грунтовых дорогах даже после небольшого дождя. Но вот осенью и особенно зимой от гусеничной платформы на базе немецкого легкого танка вообще толку не было.

И вообще, 47-миллиметровая противотанковая пушка, разработанная в конце тридцатых годов, была ориентирована на борьбу с тогдашними танками. Но отнюдь не с советскими Т-34 и КВ. Однако выбирать не приходилось.