Танковые засады. «Бронебойным, огонь!»

— Все хорошо будет, вы, товарищ капитан, прилягте пока. Вот сюда, на койку.

Медсестричка помогла Николаю освободиться от теплого зимнего комбинезона и стащить сапоги. Танкист улегся на койку и мгновенно провалился в сон…

Глава 15«Die nachte Angriff»[40]

Дитрих Шталльманн был подавлен. Впервые боевые части Вермахта стояли в глухой обороне. Древние Вена и Прага, своенравная Варшава, блистательный Париж — столицы Европы пали одна за другой. Ну а вот с этими упертыми азиатами получилось совсем по-другому!

Слишком крепок оказался орешек — не смогли его разгрызть стальные челюсти бронированных «панцер-дивизий»!

И теперь солдаты Вермахта вгрызались отточенными лезвиями саперных лопаток в мерзлую, твердую, словно фортификационный бетон, землю. Блиндажи, окопы, землянки, ходы сообщения… Все хаты в окрестных деревнях были сожжены и разрушены, поэтому приходилось ютиться в тесноте, оберегая драгоценное в русскую зимнюю стужу тепло. А где скученность — там и вши, и прочие паразиты… Началось распространение заразы, а госпитали и медицинские батальоны уже с большим трудом справлялись с потоком раненых, больных и обмороженных. Они скорее напоминали скотобойню, нежели место, где можно облегчить страдания.

Зима 1941/42 года под Москвой стала своеобразным печальным прологом к зиме 1942/43 года под Сталинградом… Но для немецких войск это было еще впереди.

А сейчас — только мороз и чувство горечи, все больше и больше овладевающее немецкими оккупантами.

Обер-лейтенант Дитрих Шталльманн находился в подавленном состоянии, впрочем, как и многие другие немецкие солдаты и офицеры. Мрачный «Аржмайстер» Алекс Кнаге стал еще более сумрачным и нелюдимым. А оберпанцершутце Вальтер Зибер стал более задумчивым. Стремительные темпы наступления танковых и мотомеханизированных соединений во время блицкрига сдвигали не только логические, но и нравственные акценты.

Молодежь, воспитанная в традициях Третьего рейха, была просто помешана на моторах, скорости, механической мощи. Они даже изобрели свой блиц-язык, до предела укоротив слова, заменив существительные аббревиатурами, почти полностью избавившись от прилагательных и сделав ведущими словами глаголы. Действие было положено в основу мышления. Так что на простые человеческие переживания времени уже не оставалось. Что значат страдания народов и отдельных людей, когда во главу угла поставлены глобальные идеи пангерманизма и концепция «высшей расы»?!

Темпы наступления в России были существенно ниже, чем в Европе, — блицкриг выдохся.

Но зато солдаты и офицеры Вермахта наконец-то увидели страдания обычных людей, беженцев, военнопленных, тех, кто остался на оккупированных территориях Советского Союза. Теория расовой неполноценности «неарийских народов» позволяла гитлеровцам отгородиться лживым барьером надуманной псевдоморали. Но обычные солдаты: немцы, австрийцы, датчане, норвежцы, словаки, венгры — все же в большей степени отождествляли себя с теми, кого они пришли завоевывать.

Кроме того, и откровенно растерянное поведение командования группы армий «Центр» подтачивало силы и стойкость войск.

* * *

Еще в сентябре 1941 года генерал-фельдмаршал фон Клюге выступал резко против начала наступления на Москву. Он заявлял, что немецкие войска не готовы к зимней кампании. Во время самого наступления он продвигался вперед столь медленно и неохотно, что вызвал нарекания со стороны командующего 4-й танковой группой Гепнера, на которого и легла основная тяжесть наступления.

После начала советского наступления под Москвой Гитлер отстранил генерал-фельдмаршала фон Бока от командования группой армий «Центр» и 18 декабря 1941 года назначил на его место фон Клюге. Став командующим, Гюнтер фон Клюге в ультимативной форме потребовал отстранения от командования генерал-полковника Гейнца Гудериана. Он объяснял свое требование тем, что во время советского наступления генерал-полковник оставлял неудобные позиции, отводя свои танки. А пехота Гюнтера Клюге держалась до последнего.

Во время контрнаступления советских войск в районе Ливен, Черни, Белова, Тупы одна из моторизованных дивизий Гудериана едва не была разгромлена. Генерал-фельдмаршал фон Клюге обвинил генерал-полковника Гудериана том, что тот задержал приказ об отводе войск.

Гитлер стал на сторону Клюге, и 26 декабря 1941 года генерал-полковник Гейнц Гудериан был навсегда отстранен от командования 2-й танковой армией. Больше «Быстроходный Гейнц» не принимал непосредственного участия в боевых действиях.

В тот же день генерал-полковник Гейнц Гудериан простился со своей армией: