Танковые засады. «Бронебойным, огонь!»

Вторая танковая группа Гейнца Гудериана сразу же достигла серьезных успехов. «Быстроходный Гейнц» решил воспользоваться такой же тактикой, какую использовал при прорыве французских оборонительных рубежей.

Тогда он широко применял тактику блицкрига, правда, не всегда согласовывая свои действия с директивами вышестоящего командования. «Heinz Brausewetter» — «Гейнц-ураган», как его называли в Вермахте, продвигал свои танки вперед, производя опустошение далеко за ожидаемой линией фронта, блокируя коммуникации, захватывая в плен целые французские штабы, тем самым лишая французские части командования.

Благодаря этому о нем сложилась репутация своенравного и плохо управляемого командира. Ведь костяк Генерального штаба Вермахта составляли генералы прусской школы, «старой закалки». В разгар наступления, 16 мая 1940 года, командующий группой Эвальд фон Клейст даже временно отстранил Гудериана от командования корпусом за неподчинения приказам, однако этот инцидент был быстро улажен. И тем не менее по итогам Французской кампании Гудериан 19 июля 1940 года был произведен в генерал-полковники.

В боях против Красной Армии тактика блицкрига имела феноменальный успех. Действуя путем прорыва и охвата танковыми клиньями, немецкие войска стремительно продвигались вперед. 17 июля 1941 года Гудериан получает Рыцарский крест с дубовыми листьями. В начальный период войны на Восточном фронте, летом 1941 года, тактика блицкрига была эффективна против огромной, но плохо управляемой, распыленной на большой территории армии.

Немецкие танковые клинья перерезали коммуникации, прорывали нестойкую линию обороны, дезорганизовывали взаимодействие различных частей и подразделений Красной Армии на различных участках фронта.

Вторая танковая группа Гейнца Гудериана в составе группы армий «Центр» начала Восточную кампанию охватом Бреста с севера и юга. А 28 июня был оккупирован Минск, 28 июля гитлеровцы взяли Смоленск — Западный фронт Красной Армии был разгромлен, а его командующий — генерал Павлов был расстрелян.

Героическая оборона Киева, Харькова, Одессы и Севастополя позволила сковать значительные силы гитлеровцев и замедлить темпы продвижения Вермахта на восток. Но, по мере того как советские войска отходили к Москве, линии коммуникаций гитлеровцев растягивались, а силы — распылялись.

Командование Красной Армии готовило серию контрударов, однако для этого нужно было разработать новую, более эффективную тактику противодействия глубоким, проникающим ударам немецких войск. Но времени на это катастрофически не хватало.

Уже третьего октября части 24-го моторизованного корпуса Вермахта ворвались в Орел в двухстах километрах от полосы наступления. Когда немецкая 4-я танковая дивизия ворвалась в город, по улицам еще ходили трамваи и валялись ящики с заводским оборудованием, которое не успели эвакуировать.

* * *

Тактическую ситуацию нужно было переломить во что бы то ни стало. Вечером третьего октября в Мценск прибыла 4-я танковая бригада полковника Михаила Ефимовича Катукова. А уже четвертого числа на окраине города танковая бригада Катукова при поддержке дивизиона гвардейских минометов капитана Чумака атаковала маршевые колонны немецкой 4-й танковой дивизии и фактически вывела ее из строя. Бои за Мценск на неделю сковали немецкие войска.

Вечером 5 октября Брянскому фронту было разрешено отвести войска на вторую полосу обороны в районе Брянска и на рубеж реки Десны.

А 6 октября ожесточенный бой разгорелся у высоты 217,8 у села Первый Воин Мценского района.

В частности, командир отдельной танковой группы старший лейтенант Дмитрий Федорович Лавриненко с четырьмя Т-34, отражая в этот день атаку немецких танков на рубеже Нарышкино — Первый Воин, уничтожил полтора десятка немецких танков! Гитлеровские Pz.Kpfw.III смяли нашу противотанковую оборону, прорвались непосредственно к позициям 4-й танковой бригады и начали гусеницами «утюжить» окопы наших мотострелков. Ситуация сложилась критическая. И в этот момент четыре «тридцатьчетверки» старшего лейтенанта Лавриненко выскочили из леса наперерез танкам противника. И сразу же открыли беглый огонь. Гитлеровцы абсолютно не ожидали появления на этом участке мощных и маневренных советских танков. Первым же залпом советские танкисты накрыли шесть «панцеров-III»! Остальные начали отходить. А русские танки так же стремительно ушли из-под удара. Они активно маневрировали, используя отличное знание местности. И уже через несколько минут появились снова, но уже левее. Из-за пригорка они открыли ураганный огонь — и снова скрылись, оставив гореть на почерневшем оплавленном снегу еще несколько вражеских танков! В итоге атака немецких механизированных сил на этом участке оперативной обороны была сорвана. Советские танкисты потерь не имели.[5]

Сам старший лейтенант Дмитрий Лавриненко участвовал в 28 боях, три танка, на которых он воевал, сгорели.