- Меня терзают смутные сомнения, - шепнула Маргарита рядом сидящей Марте, - Что это спешно переделанный бродвейский мюзикл про педерастов. Только вот совершенно непонятно, для чего это демонстрируют нам, женщинам! Неужели ничего более подходящего в репертуаре не нашли?
- Так на Бродвее все мюзиклы про педерастов! - шепнула Марта подруге, и, заметив ее округлившиеся глаза добавила, - 62% мужчин Нью-Йорка - педерасты!
- А как же старый Абрам, со своими наложницами?
- Так он больше для себя старается - там, в Нью-Йорке популярны не фройлян, а мальчики.
- Гм..., то есть старый еврей - представитель элитарного направления в театральном искусстве?
- Ну, если элитарного, то только по нашим германским меркам, по американским - женщины на сцене отстой - педерасты - вот, что актуально! Ого, смотри ... -прервала Марта беседу, указывая на сцену.
А на сцене, появились еще мужчины в трико. И они, эти мужчины, стали отплясывать что-то среднее между канканом и ирландскими танцами, задом к зрительницам, и распевая очередную ахинею:
- О Смит! Как хорош твой зад!
О Смит! Как отстала и дика культура в этой дикой Польше!
О Смит! Где же Третий Рейх! Где наша свобода и наше счастье!
Почему мужчины не ценят любовь американских мужчин?
Где же парни из Третьего Рейха?
Кривляние десятка мужских задниц, начало вызывать у Маргариты, чувство легкой тошноты, переходящией в чувство среднего омерзения:
- Еще немного, - шепнула графиня Марте, - И я отдам приказ расстрелять всеь этот балаган из машиненгеверов!
- Терпи подруга! - ухмыльнулась Марта, - А чтобы было нескучно и весело, наблюдать за этим публичным Содомом, давай пофантазируем на тему, что было бы, если бы капитуляцию этого города принимали не мы, а большевики из СССР? Что бы тогда отплясывали и распевали эти голубые танцоры с яйцами?
Маргарита неприлично хрюкнула, давясь от смеха, представив картину сдачи этого города большевистскому комиссару Аппельбауму. Наверняка эти танцоры нарядились бы во все красное, и держали бы в руках молотки и крестьянские серпы. И пели бы... Что-то про сбор урожая зерновых свободными американскими фермерами в дикой стране Польше. Только вот насчет виляния задов, графиня была не уверена - судя по виденным ею лицам большевистских солдат, там такого бы высокого полета искусства явно бы никто не понял - тут же бы отправили в ихнюю Сибирь, причем сразу же в трико - не переодевая.
А действие на сцене потихонечку продолжалось. Танцы группы танцоров, сменились повторным появлением солиста, затем вышел и еще один - оказывается в этом балагане, был даже какой-то сюжет. Естественно, что про суровую мужскую любовь. Возможно, трагичность теплых и нежных чувств одного педераста по отношению к другому педерасту, и взволновала бы кого-нибудь на Бродвее, но днло было не в Америке. Маргарите, при всей ее порочности, и принадлежности к женщинам нетрадиционной сексуальной ориентации, все же нравилось классическое театральное искусство, даже откровенно-порнографическое творчество Джероманжа Вижктюжецкого, на фоне происходящего казалось шедевром и вызывало положительные эмоции.
А шоу продолжалось! Количество мужских задниц на сцене увеличилось до двадцати четырех, тексты про суровую мужскую любовь становились все откровеннее и откровеннее, а призывы арийских парней-освободителей угнетаемых в Польше американских педерастов, все жалобней и проникновенней. Наконец, танцоры и певцы начали освобождаться от своего и без того малочисленного гардероба.
- Господи, - взмолилась Маргарита, - Здесь же дети! Они что, обязаны...
- Да, - согласилась Марта, - Только созерцания двух десятков трясущихся волосатых мужских задниц, нам здесь и не хватало!
- Вполне согласен с Вами графиня, - раздался вдруг над ухом графини фон Бюлов, раздраженный мужской голос. Маргарита испуганно повернулась - рядом с ней стоял человек, одетый в форму гауптштурмфюрера СС.
- Извините, не представился - гауптштурмфюрер СС Карл Новодворски. Сейчас я остановлю все это действо, вы примите капитуляцию города, а я приму город у Вас, после чего Вы продолжите выполнять свою задачу, а я свою.
Что-то Маргарите не понравилось в этом гауптштурмфюрере СС! Она не любила СС, и даже побаивалась, но здесь... Что-то было не так! Раздражение этого гауптштурмфюрера было направлено не на танцоров, а на нее! Такое впечатление, что он сам из педерастов! Или она с подругами влезла в слишком большие тайны, затрагивающие и интересы нацисткой партии? Слухи об увлечении нацистов оккультизмом и прочей чушью она слышала и раньше, но считала их слухами. Или это не слухи? Даже если это и так, то уточнять у представителя СС, что есть правда, а что есть ложь, она не хотела. Подальше от тайн - подольше проживешь!