Течет река Мойка... От Фонтанки до Невского проспекта

В 1842 году он похоронил любимую супругу и старшего сына – талантливого архитектора, выпускника Российской Академии художеств. Семейные дела и воспитание десяти детей легли на плечи Карла Ивановича, остро ощущавшего хроническую нехватку денежных средств. Отставленный Николаем I от больших работ, создатель многочисленных монументальных ампирных столичных ансамблей Карл Росси вынужден был поселиться в Коломне, на Козьем болоте, в доме адмирала и члена Адмиралтейств-коллегии Алексея Федотовича Клокачева, сдававшего квартиры отставным чиновникам и обедневшим дворянам. Великий Росси жил в квартире, ранее занимаемой родителями не менее великого А.С. Пушкина, отправленного Александром I в свою первую ссылку на юг.

Незадолго до своей смерти зодчий вынужден был обратиться с просьбой к министру Императорского двора о материальной помощи: «В течение 53-летней добросовестно проведенной мною службы под моим распоряжением и надзором построено каменных зданий более нежели на 60 миллионов рублей. Проживая на свете 71 год, я с горестью вижу приближение минуты, которая разлучит меня с семейством навсегда. По чувству родительскому, я желал бы оставить моим детям, долженствующим остаться без руководителя и подпоры, дела мои незапутанными и потому с упованием на доброту сердца вашего сиятельства я обращаюсь к Вам с покорнейшей просьбой об исходатайствовании мне у государя императора весьма на короткий срок заимообразно из кабинета 4000 рублей».

6 апреля 1849 года Карл Иванович скончался, заразившись холерой, эпидемия которой косила петербуржцев. Это печальное событие прошло в столице как-то незаметно. Правда, «Северная пчела» через три дня после смерти великого зодчего все же опубликовала небольшой формальный некролог: «6-го числа сего месяца скончался здесь в Санкт-Петербурге известный архитектор, коллежский советник К.И. Росси, построивший здания в здешней столице, между прочим Михайловский и Елагин дворцы, Главный штаб, Александринский театр с флигелями по Театральной улице и построивший Императорскую Публичную библиотеку».

Средств на похороны знаменитого зодчего не нашлось. Знакомым пришлось обратиться за государственным пособием. Несовершеннолетние дети остались без средств. После длительных прошений и хождений по различным столичным департаментам сиротам архитектора выделили небольшой пенсион.

Карла Ивановича Росси похоронили на Волковом кладбище, но в 1940 году его прах перезахоронили в Некрополе Александро-Невской лавры.

От Пустого луга до Марсова поля

Одним из знаменитых архитектурных памятников Северной столицы, связанных с ее удивительной историей, считается естественный партер Марсова поля. Впрочем, под этим названием подразумевается не только огромный квадрат земли в центре Санкт-Петербурга, но и величественный ансамбль исторических зданий, возведенных на его границах в разные эпохи.

Правый берег Мойки между Первым и Вторым Садовыми мостами является южной границей Марсова поля. Северная же его граница сегодня обозначена грандиозным зданием Мраморного дворца вкупе с его массивным служебным корпусом, небольшой площадью с памятником полководцу Александру Васильевичу Суворову и домами, некогда принадлежавшими Ивану Ивановичу Бецкому и графу Николаю Ивановичу Салтыкову.

Западная граница Марсова поля огорожена архитектурным массивом казарм лейб-гвардии Павловского полка, возведенных по проекту зодчего В.П. Стасова, и примыкающими к ним домами Апраксина и Адамини.

Наконец, на противоположной от Павловских казарм восточной границе Марсова поля его замыкает неширокая Лебяжья канавка, проходящая от Мойки до набережной Невы.

Благодаря четырем пограничным частям, каждая из которых является завершенным архитектурным шедевром, этот старинный городской объект, по мнению А.Г. Раскина, «воспринимается как гигантская диорама; осматривая ее, мы словно читаем архитектурную летопись, первые страницы которой заполнялись в начале XVIII столетия».

Летний сад напоминает о той поре, когда начал создаваться город-порт Петербург, вскоре ставший новой столицей России. Марсово поле входило в состав царской резиденции, включавшей несколько садов, называвшихся «летними».

Панорама Марсова поля

На протяжении более чем трех столетий эта огромная городская площадь неоднократно меняла названия и внешний облик.

В первые годы XVIII века на месте Марсова поля располагалось огромное топкое болото, из которого тогда вытекали две небольшие речки – Муя (Мья) и Кривуша. Для осушения болотистой местности по распоряжению Петра I в 1711 году на месте небольшой реки Лебедянки прорыли Лебяжий канал, а под руководством генерал-поручика Ф.В. Баура в том же году углубили дно илистой речки Мьи и одновременно соединили ее русло каналом с Безымянным Ериком (будущей Фонтанкой).