Течет река Мойка. Правый берег. От Невского проспекта до Устья

Наследники М. И. Рейнерс сдали в аренду освобожденную от дров площадку для строительства необычной деревянной восьмиугольной ротонды, демонстрирующей панораму Парижа, срисованной с натуры художником Штейнегером в период нахождения во французской столице русских войск. Через два года на участке вместо ротонды, арендуемой организатором петербургского прообраза нынешнего кинематографа госпожой Латур, появилось капитальное двухэтажное здание. Проект постройки новой ротонды осуществил австрийский подданный Иосиф Лекс. Чертежи строения внимательно просмотрел и подписал столичный зодчий А. Кавос.

Павел Петрович Свиньин

Первый этаж новой постройки занимал известный петербургский антикварный магазин, а на втором этаже располагалась диорама «Панорама Парижа». В этой лавке, принадлежавшей Луи Палацци, была совершена знаменитая аукционная продажа «музеума» коллекционера П. П. Свиньина, авантюриста и известного в столице лжеца. Русский писатель и популярный петербургский поэт-сатирик Александр Ефимович Измайлов довольно едко тогда писал о нем:

Павлушка, медный лоб, приличное прозванье,Имел ко лжи большое дарованье.Мне кажется, еще он в колыбели лгал.

До 1830 года Свиньин издавал в Петербурге журнал «Отечественные записки». Недостаток средств принудил собирателя объявить о продаже своей коллекции с аукциона в антикварном магазине Палацци.

В конце 20-х годов XIX столетия участком и строениями на нем владел коммерсант Бремер, а с 1832 года – его вдова, продавшая через два года унаследованную недвижимость на участке между набережной Мойки, Большой Морской улицей и Кирпичным переулком чиновнику IX класса Требори, вдова которого, Мария Ивановна Требори, впоследствии продолжала помещения и свободные участки своего земельного надела выгодно сдавать в аренду.

В 1841 году второй этаж деревянного жилого здания на участке М. И. Требори арендовал детский кукольный механический театр, считавшийся в то время первым в России зрелищным заведением для детей. Его организовал в том же году предприимчивый француз Лемольт, заказавший в Париже не только оригинальные куклы, но и комплект театральных машин и декораций.

Репертуар кукольного детского театра включал комические водевили, смешные сказки и приключения. Актеры детского театра говорили только на французском языке, поэтому юный зритель вынужден был упорно изучать иностранный язык, чтобы понять содержание диалогов марионеток.

В феврале 1841 года источник столичных новостей «Полицейская газета» писала о репертуаре детского театра: «В детском театре марионеток с успехом прошли любимые спектакли юных петербуржцев: „Мальчик с пальчик“, „Банкир и сапожник“, „Охота на уток“. Отдельные представления сопровождаются замечательной иллюминацией и яркими фейерверками».

Талантливый режиссер Лемольт в свои спектакли наряду с марионетками удачно включал сцены китайских теней и волшебный балет. Из Франции в детский театр прибывали новые оригинальные механизмы и удивительные машины, позволявшие усилить театральный эффект от постановок.

После изобретения французом Дагером фотографии Лемольт в своем детском театре с успехом демонстрировал пораженным юным зрителям цветные пейзажи Европы. Кроме того, Лемольт смонтировал невиданную до тех пор геораму в виде большого шара. Дети с удовольствием изучали «внешнее устройство Земли» с морями, горами и реками и даже могли залезть внутрь шара.

В театре Лемольта побывал и император Николай I с наследником – будущим русским царем Александром II. После посещения детского театра императором и его наследником, одобрившими работу «кукольной комедии», газета «Северная пчела» опубликовала восторженную заметку: «Представления в „кукольной комедии“ назначены преимущественно для детей, хотя и взрослым интересно взглянуть на механических кукол…».

Газета отмечала, что Николая I особенно удивили мнемонические головы, развешанные на цветных лентах на сцене и отвечающие на многочисленные любопытные вопросы детей и взрослых, задаваемых на французском языке. Вместе со взрослыми артистами труппы детского театра в спектаклях участвовали и их дети в «пластических и мимических живых картинах».

В 1848 году детский театр на набережной Мойки назначили «в сломку». Однако на углу Мойки и Кирпичного переулка появился тогда «временный балаган зверинца немца Зама», к которому планировали пристроить помещение «для хранения провизии и корма диких зверей». Программой представлений предусматривались сражения сведенных в одну клетку диких зверей – бенгальского льва и бурого медведя.