Течет река Мойка. Продолжение путешествия… От Невского проспекта до Калинкина моста

В ноябре 1813 г. Разумовский вновь обратился к царю с тем же предложением, довольно убедительно обосновывая свой проект: «Дом бывший Нарышкина, а ныне барону Раллю принадлежащий, на Мойке, против Новой Голландии по отдаленности от шуму городского, составил бы некоторой род, так сказать, монастырского порядка, крайне нужного как для внутренней полиции столь многолюдного заведения, так и для соблюдения чистой нравственности в молодых студентах, чего в нынешнем институте исполнить никак невозможно».

Кроме подобных «немаловажных» преимуществ автор проекта граф Алексей Разумовский полагал, что «на большой территории участка имеются возможности обустроить все принадлежащие нужные части, как-то: Ботанический сад, химическую лабораторию и проч.». Однако это второе обращение к императору Александру I тоже осталось нереализованным. Но через двадцать лет дом барона А.А. Ралля на набережной реки Мойки был все же куплен на городском аукционе, где продавалась вся недвижимость разорившегося банкира, но для того, чтобы организовать на бывшем усадебном участке «Демидовский дом призрения трудящихся».

Вначале придворный банкир расплачивался со своими кредиторами объектами своей недвижимости: домами, дачами и промышленными предприятиями, продолжая беспечно вести прежний образ жизни. Даже в самые критические периоды своего банкротства барон Ралль не прекращал устраивать в своем саду (бывшем Нарышкинском) летом веселые публичные народные развлечения, восторженно описываемые столичной прессой.

В июне 1825 г. газета «Санкт-Петербургские ведомости» опубликовала информацию о том, что «Второе мещанское общество на нынешнее лето наняло сад барона Ралля… Каждый гость платит за лето 15 рублей. По воскресеньям будут даны балы, на коих будет играть музыка, как в саду, так и в зале для танцев. Гости мужского пола платят по 2 рубля, а дамы имеют вход безденежно, ход из Коломны через сад».

Спустя два года барон, осаждаемый своими многочисленными кредиторами, в числе которых даже оказался любимый зять генерал Ф. Шуберт, ссудивший тестю 120 000 рублей, в период ареста, наложенного судебными органами на оставшуюся недвижимость и банковские счета банкира, А.А. Ралль все же устраивал в своем саду на Мойке веселые народные развлечения.

Посудите сами, ну чем не «пир во время чумы»? Но газета «Северная пчела» 15 августа 1827 г. бодро известила столичных жителей: «В прошлую субботу, 13 августа, г. Доминик Далокка дал в саду барона Ралля, за Поцелуевым мостом, большой воксал, с иллюминациею, музыкою, пением, представлением на лошадях, фейерверком и балом. В увеселениях не было недостатка: там были и хорошие хоры музыки, и цыгане со своими песнями и плясками, и вольтижеры, и плясуны на канате, и весьма забавный карло, тешивший зрителей своими прыжками и кривляньями, и разные кукольные комедии и прочее. В 11-ом часу сожжен был фейерверк».

Столь бодрая информация о жизнерадостном публичном гулянье, опубликованная газетой, совпала с полным банкротством хозяина сада барона Ралля и грозным судебном решением о выставлении всего его имущества, в том числе и дома № 108 с его огромным участком, простирающимся от набережной реки Мойки до Офицерской улицы, для продажи за долги на столичном аукционе.

Разоренный и больной, барон Александр Александрович Ралль скончался 23 апреля 1833 г. и был похоронен на Волковском лютеранском кладбище. Его дома, дачи, предприятия и поместья продали на аукционе для уплаты кредиторам. По решению императора Николая I, его вдове с детьми оставили дом на Английской набережной (№ 72) в память о великих пожертвованиях покойным Раллем на нужды Отечественной войны с Наполеоном.

Особняк барона А.А. Ралля на набережной Мойки (№ 108) известен тем, что в нем в начале войны с Бонапартом располагались Комитеты по организации местного ополчения. Губернское дворянское собрание на заседании в доме на Мойке 17 июля 1812 г. приняло историческое постановление создать народное ополчение столицы во главе с М.И. Кутузовым. Будущий фельдмаршал, приняв предложение дворянского собрания, учредил тогда два Комитета, первый из которых в те дни занимался приемом добровольцев, их обучением и вооружением; второй – снабжением и сбором пожертвований. 1 октября 1812 г. петербургское ополчение, сформированное из добровольцев: крепостных крестьян, дворовых людей, ремесленников, чиновников и отставных военных, – выступило в поход на помощь П.Х. Витгенштейну, прикрывавшему столицу от французской армии.