Темные ангелы нашей природы. Опровержение пинкерской теории истории и насилия

Реакция на предложение Мори была быстрой и жесткой. Он был исключен из собрания, его понизили в звании и угрожали его жизни. Менее известны дебаты на собрании по поводу сэппуку. На обсуждение вопроса о том, следует ли его отменить, было потрачено больше времени, чем на обсуждение того, как взаимодействовать с западными странами (решение было принято 200 голосами против 3). Ликвидация последних остатков воинской идентичности, тотемов, скреплявших внутреннее самоощущение самураев, привела к серии жестоких конфликтов, кульминацией которых стало восстание Юго-Запада (1877 г.). Герой Реставрации Мэйдзи и сторонник императора Сайго Такамори хотел, чтобы зарождающееся правительство защитило честь страны , заставив Корейское королевство признать новую роль императора Мэйдзи. Олигархи отвергли его. Его последователи, многие самураи, которые хотели сохранить право носить два меча и сохранять характерную самурайскую прическу, почувствовали себя преданными олигархами, теперь уже бывшими самураями, которые отменили эти привилегии. Правительство, признавая угрозу воинских фантазий, даже запретило массовые военные игры с сотнями детей, в которых вымышленный Гэндзи сражался с Хэйкэ, как слишком жестокую реконструкцию войны Гэмпэй - слишком "мальчишеского" занятия, которое вызывало проблемы в период Токугава.

Ирония заключается в том, что честь, которая должна была трактоваться как умиротворяющий, цивилизующий процесс, переосмысленный в период Токугава, согласно Икэгами, как самоконтроль и культура, послужила основой для гражданских конфликтов середины XIX века среди статусной группы воинов. Подобно тому, как они считали необходимым защищать честь императора, с одной стороны, или сёгуната Токугава - с другой, так и влиятельные лидеры утверждали, что Японии необходимо защищать свою честь против Кореи. Это не были, по выражению Пинкера, "очаги анархии, находящиеся вне пределов досягаемости правительства, [которые] сохранили свою насильственную культуру чести"; это была, как утверждается, "укрощенная" культура чести, которая была частью ядра правительства с доминированием воинов, что и стало причиной насилия.

Несомненно, окончание Реставрации Мэйдзи и войны Босин приветствовалось теми, кто жил в районах, пострадавших от насилия. Но, как утверждали многие философы на протяжении ХХ века, такие как Вальтер Беньямин, Мишель Фуко или мыслители Франкфуртской школы, "критические теоретики", как надеется напугать их Пинкер, война не приводит к прекращению насилия, а лишь изменяет его. Человечество не идет постепенно от боя к бою, пока не придет к всеобщей взаимности... Человечество встраивает каждое свое насилие в систему правил и таким образом идет от господства к господству... и может быть согнуто для любой цели", - отмечал Фуко. Вальтер Беньямин, живший и умерший при фашизме, напоминает: «Нет такого документа цивилизации, который не был бы в то же время документом варварства. И точно так же, как такой документ не свободен от варварства, варварство запятнало и способ его передачи от одного владельца к другому». Обещания в Клятве Хартии (1868 г.) избавить Японию от "дурных обычаев прошлого", "искать знания... для укрепления императорского правления", а также разрешение людям всех классов заниматься своим ремеслом и обещания создать представительное правительство вошли в общественный дискурс и нашли свое отражение в Императорском рескрипте об образовании (1890 г.) и конституции. Хотя в этих документах, безусловно, было много хорошего, акцент на императоре, открытый вопрос о том, кому и в каком качестве разрешено участвовать в управлении государством, а также вопрос о том, как правительство устраняет "дурные обычаи", говорят о том, что Беньямин понимал темную сторону каждого прогрессивного движения вперед.

 

Эпоха империализма

Конец режима воинов и становление олигархии с псевдопредставительным правлением влекли за собой новые представления о гигиене, реформировании государства, развитии торговли и международного сотрудничества с западными державами. Интеллектуалы пытались убедить граждан уважать императора, сотрудничать с правительством, изменить отношение к гендерным отношениям, контролировать себя и заменить премодернистские духи наукой - идеи, воплощенные в лозунге эпохи Мэйдзи (1868-1912 гг.) "Цивилизация и Просвещение". Такие интеллектуалы, как Фукудзава Юкити, опиравшийся на жизнь и мысли Бенджамина Франклина, использовали этот лозунг для пропаганды научного поиска и политического либерализма западного образца. Эта концепция лежала в основе многих реформ периода Мэйдзи, например, толчком к реформе уголовной системы послужило желание перезаключить неравноправные договоры, основанные на западных представлениях о нецивилизованных наказаниях в Японии. Цивилизовав Японию более гуманными наказаниями, олигархи Мэйдзи надеялись повысить ее статус как цивилизованной страны в глазах западных держав.