Темные века европейской истории. От падения Рима до эпохи Ренессанса

Лев Армянин был талантливым человеком, не лишенным достоинств, и вполне мог основать новую династию, если бы судьба была к нему справедлива. Он успешно выполнил задачу, для которой был выбран императором, — положил конец болгарской войне. Сразу после его восхождения на трон король Болгарии привел армию к стенам Константинополя и разбил там лагерь. Лев сначала хотел избавиться от Крума, используя бесчестный метод — схватить его и убить на переговорах. Примерно так же в свое время Карл Великий поступил с королем Гудфредом. Попытка провалилась, но болгары, разграбив окрестности, ушли от стен Константинополя и в следующем году снова вторглись во Фракию. Лев встретил их в районе Месембрии (Несебыр) и нанес решающее поражение, которое оказалось настолько полным, что новый болгарский король сразу попросил мира. В том поколении болгары больше не тревожили империю.

Лев твердой рукой правил еще шесть лет. Он реорганизовал армию и финансы империи и много сделал, чтобы ликвидировать ущерб, нанесенный болгарами и сарацинами во время правления Никифора I и Михаила Рангаве. К несчастью для него и империи, он вскоре втянулся в старые иконоборческие разногласия и после этого не знал мира. Лев, как и большинство жителей восточных фем, а также высшее военное командование, был проникнут идеями своего великого тезки Исавра. Первые два года правления он держал свое мнение при себе и старался соблюдать строгий нейтралитет в отношении иконоборцев и иконопочитателей. Но духовенство иконопочитателей было слишком неистовым, а сам Лев — слишком честным и добросовестным, чтобы такой нейтралитет мог продолжаться долго. И в 815 году началась борьба. Лев потребовал от патриарха Никифора, чтобы некоторые образы, которые были камнями преткновения для иконоборцев из-за всеобщего народного преклонения, были подняты высоко над землей, чтобы верующие не могли целовать их и трогать. Патриарх наотрез отказался, предложил всему духовенству начать чтение молитв об избавлении, поскольку церковь в опасности, и отлучил епископа, которого заподозрил в помощи императору. Лев ответил смещением Никифора с патриаршего поста и заменой его преемником, придерживающимся иконоборческих взглядов. Новый патриарх сразу собрал церковный собор, который объявил поклонение образам предрассудками, и возобновил действие декретов против иконопоклонения, принятых в 754 году собором, собранным Константином Копронимом. Только Лев не начал гонения, как его исаврийский предшественник. Если не считать снятия с должностей нескольких церковников и изгнания одного аббата, который стал выставлять иконы на улице столицы, никаких карательных мер в отношении иконопочитателей не последовало. Умеренность ничего ему не дала. Иконопочитатели ненавидели еретика так же сильно, как гонителя, и его мягкость только дала им больше возможностей плести интриги и устраивать заговоры. Последние годы его правления, хотя и сопровождались внешним процветанием, были полны недовольства и беспорядков. Лев оскорбил слишком многих своих подданных, чтобы его жизнь оставалась в безопасности, а трон — прочным. Понимая это, недовольные военачальники и придворные стали собираться вместе и интриговать против императора.