Теория Всего Просветленная перспектива

Принцип локальности утверждает, что единственная причина, по которой что-то случается с одной вещью, является то, что другая вещь, находящаяся рядом с ней, заставила это случиться, как костяшка домино. Квантовая запутанность означает, что вещи могут менять друг друга на расстоянии, как иногда, первое домино может заставить упасть последнее, не затрагивая те, что посредине. Так кто же прав?

Никто не может быть прав, так как из допущения ложны. Не существует локальности или нелокальности в сознании, ничто не близко или далеко во времени и пространстве. Как это возможно, что я был в послевоенном Берлине прошлой ночью? Это невозможно, но я был. Не совсем, но это было реально.

Майя освобождается из моего захвата и поворачивается ко мне ощетинившись в полной готовности, ее напряженный взгляд следит за моим малейшим движением. Мы делаем рывок в один и тот же миг.

Следующий раунд за ней.

Мы ждем, что теорию всего разработают физики, вероятно, потому, что они постоянно о ней болтают, но на самом деле они говорят не о теории всего, а просто о теории вселенной, которая не только не является всем, она вообще не является чем-то.

“Атомы - это фундаментальные строительные единицы всего, что мы можем видеть, поэтому если вы понимаете атом, вы понимаете вселенную.”

Митио Каку

Это как сказать, что если мы сможем понять кирпичи, из которых построен дом, мы сможем понять семью, живущую в нём. Прямо здесь, в одном единственном предложении, мы видим как далеко зашла наука в своей близорукости. Мы составляем карты геномов, нейронных сетей и дальнего космоса, потому что это менее пугающе, чем выяснить, откуда моя собака знает, когда я гляжу на нее. Но то, откуда моя собака знает, когда я гляжу на нее, - это намного ближе к фундаментальной строительной единице всего, чем могли бы когда-либо быть любой атом или частица Бога.

Ученые делают такой упор на воспроизводимость результатов при экспериментальном подтверждении, что иногда ошибочно принимают не-воспроизводимость за не-подтверждённость. Воспроизводимость может подтверждать, но не-воспроизводимость не не-подтверждает. Аналогично нельзя считать что-то опровергнутым, как на это часто намекают, только потому, что это не было научно доказано.

Моя живая реальность формируется динамическим трансперсональным взаимодействием, и это не является менее реальным потому, что не может быть протестировано и повторено в контролируемых условиях. Для меня, осознанное взаимодействие с реальностью выходит далеко за пределы изредка осеняющих легких касаний интуитивной прозорливости; это моя единственная модель земной навигации. Оно постоянно и неизменно, и настолько реально для меня, как что-либо может быть. Это то как я действую в мире, как я принимаю и отвергаю, хочу и позволяю, смотрю и знаю. Это то, как я взаимодействую с реальностью. Я знаю других людей, для которых это работает так же, и мы идеально понимаем друг друга, когда говорим о том, как вещи “на самом деле работают”. Однако, настолько же, насколько нормален этот способ действия для меня и других, настолько же он несомненно паранормален относительно нормальных стандартов. Мой опыт свидетельствует -хоть и только мне, конечно - что несмотря на на всё остальное, сознание и реальность переплетаются, и любой, кто утверждает иное, намеренно или по оплошности, не стоит дальнейшего внимания. Я думаю, большинство людей имеют в своём багаже достаточно непосредственных переживаний неординарных явлений, чтобы знать, что любая группа или идеология, которая отвергает их, должна быть отвергнута.

Когда якобы скептически настроенные атеисты и ученые придираются к монотеистическим религиям в книгах, выступлениях и дебатах, они просто избивают придворного шута в клоунском колпаке. Они думают, что разгромив в пух и прах клоуна религии, они свергнут царство трансфизической реальности, но подобные аргументы не могут поколебать того, кто обосновался в интегрированном состоянии со-творчества, которая является серьезной реальностью, лежащей в основе религиозного цирка.

Я наслаждаюсь наукой так же как и любой другой, которому нет до нее особого дела, но вот какая штука: наука не представляет наши интересы. Не мои, и вероятно, не ваши. Она могла бы, но не делает этого.