Читаем Terra Insapiens. Книга первая. Замок полностью

Terra Insapiens. Книга первая. Замок

Он сходу взял Артура в оборот и, прижав его к стенке, стал изрекать:

– «Вначале было слово». Потом была рифма. Вселенная – это поэма, созданная Богом. Человечество в ней – отдельная глава. Каждый человек – одно слово в этой главе. Вот вы – какое слово? У каждого человека есть, определяющее его, слово. Есть люди – существительные, есть люди – прилагательные, есть люди – глаголы, есть люди – междометия. Вот я, например, – Поэт. В этом моя суть. Это моё высшее призвание. Определите своё призвание, и вы найдёте своё слово. Когда вы найдёте своё слово, вы сможете искать своё место в этом мире, в этой поэме. Вы сможете подобрать к себе рифму, связать себя с родственным вам, созвучным вам человеком. Понимаете, как всё это работает?

Артур, ошеломлённый столь неистовым напором, только моргал. Поэт продолжал.

– Нет в мире большего счастья, чем найти себе рифму. Вы сразу обретаете и счастье, и смысл. Вы вплетаетесь в неразрывную ткань столетий на полотне времени. Вы исполняете Божий замысел. Есть у вас любимый человек, нет? Значит, вы ещё не нашли себе рифму или даже не нашли своё слово. Поторопитесь, поторопитесь, молодой человек! Жизнь коротка и надо успеть вписать своё имя в поэму Отца нашего. Иначе ваша жизнь пропадёт зря, и вы останетесь на страницах поэмы какой-то маленькой запятой или знаком вопроса.

– Прочитайте что-нибудь своё, – смог выдавить из себя Артур, подумав, что поэты обычно любят декламировать свои стихи.

Поэт вперил в него свой взгляд и отошёл, чтобы получше разглядеть нахала.

– Прочитать своё?! – провозгласил он и внезапно остыл.

– Я не читаю стихи… Читать можно прозу, мемуары, доклады, лекции. Стихами надо жить! Они должны изливаться из твоей души естественно и непреодолимо, как Ниагарский водопад.

Он ещё раз уставился на Артура, словно увидев его в первый раз.

– Кто вы такой, молодой человек?

– Его зовут Артур. Он недавно прибыл, – помог Паскаль.

– А чем вы занимаетесь по жизни?

Артур пожал плечами.

– Пытаюсь понять – кто я, где и зачем?

– Так вы на правильном пути! – снова оживился Поэт. – Большинство людей уверены, что они знают – кто они. Но они ошибаются! Всё, что они якобы знают, им внушено. С рождения люди слышат: ты должен быть таким, ты должен делать то и не делать это, ты должен стать тем, и ни в коем случае не этим. Всё это внушение и создаёт у человека уверенность, что он всё о себе знает, и судьба его лежит перед ним прямой дорогой. Какое заблуждение! Никто не знает своего предназначения, а большинство даже не пытается его понять. Большинство плывёт по течению.

Он на мгновение задумался.

– Нет, конечно и запятые, и знаки вопроса тоже нужны в поэме. Но как-то в них мало смысла – вы не находите? Они являются оформлением, а не содержанием. А человек всё-таки должен как-то наполниться смыслом.

Паскаль решил прервать монолог и спросил.

– Я слышал, что вы пишете новую трагедию в стихах.

– Это вам Сократ сказал? Вот старый болтун! Уже всё растрепал. Я попросил его помочь мне, зная, что он хороший знаток античной трагедии. Да, я пишу трагедию. Это будет новое слово, поверьте мне. Сам Софокл мне позавидует. Но пока она не рождена, её нельзя предъявлять человечеству. Всё имеет свой срок. Я знал художника, который рисовал каждую свою картину девять месяцев. Он был убеждён, что рождение картины требует не меньше времени, чем рождение человека.

– И всё-таки прочитайте что-нибудь, – присоединился к просьбе Артура Паскаль. – Хотя бы из Поэмы Грусти. Вы в прошлый раз читали, мне понравилось.

Поэт, с явным удовлетворением, склонил голову.

– У вас хороший вкус. Ну так и быть, прочитаю отрывок.

Он гордо выпрямился и, глядя поверх голов, стал декламировать с выразительной мимикой:

«Сегодня холодно и надобно жалеть

тех, кто идёт по тонкому канату

и ловит птиц в сиреневую сеть.

Мой милый друг, я не хочу стареть!

Сыграйте мне печальную сонату.

Вот так живёшь – как будто бы давно,

но каждый раз, когда приходит это,

заворожённый, смотришь за окно –