Тесные комнаты (СИ)

- Знаешь-ка что, Сид...? Ты....

Но тут стаккато пуль забарабанило по дому со всех сторон. Оглушительный голос в громкоговорителе вынес им предупреждение.

- Даю тебе пять секунд, чтобы услышать от тебя, что ты любишь меня больше, Сид, и что ты бросишь этого грязного уебка в которого так вцепился и пойдешь со мной... Либо ты со мной, Сид, либо-либо!

- Либо-либо что? Я и с места не сдвинусь. Я уже сказал тебе, что я набегался в своей жизни. Больше не собираюсь.

Гарет вскинул ружье.

- Раз так, предатель и ворюга покойников, отправляйся вслед за Браеном МакФи и этим грязным выродком, на которого ты так запал...

- Гарей! - воскликнул Сидней, но пуля вошла ему прямо в раскрытый рот, а вторая пробила грудь, и в этот же миг, по странному совпадению, еще две пули, выпущенные снизу людьми шерифа, поразили его в голову и в руку, так что он завалился на тело Роя Стертеванта, который вдруг приподнялся и спросил: "а который час, кто знает?"

- В аду два, - ответил Гарет и дважды прострелил ему голову.

Полиции потребовался весь следующий день, чтобы выкурить Гарета из дома. Юноша был тяжело ранен и уже плохо соображал где он и кто он, однако по-прежнему был полон решимости биться до конца, и, как непрерывно сообщали по радио всем местным жителям (иные из которых вообще слушали приемник впервые) "вооружен и опасен, и закрывается от пуль телами двух приятелей, с которыми сам же хладнокровно расправился".

Ни в новостях по радио, ни в полицейских сводках почти не упоминалось о еще одном мертвом теле. А именно о Браене МакФи. Жителей, конечно, поставили в известность о том, что его выкопали из могилы, извлекли из гроба и привезли в дом, для совершения, как полагали власти, некоего ужасного ритуала. Но в формальном языке отчетов просто не находилось слов чтобы объяснить подобное, а потому вскоре о вырытом из могилы теле перестали упоминать и в газетах и в радио эфире. И даже когда спустя время провели расследование, то прояснилось немногое. Однако об этом происшествии шептались на каждом углу и местные никогда его не забыли.

- С нашего маленького городка в горной глубинке Западной Виргинии, - высказался позднее доктор Ульрик, - как будто сорвали завесу тайны, и оказалось, у нас здесь творятся такие вещи, которые, пожалуй, не уступят всем тем ужасам, происходящим, как пишут в газетах, в больших портовых городах и гигантских мегаполисах по всему миру. Только, как мне кажется, они еще более страшные... В мое время были Джесс и Руфанна Элдер... Теперь эти юноши с их неистовыми страстями... Идем в ногу со временем.

Шериф лично застегнул на Гарете Уэйзи наручники, хотя его в тот момент уже возложили на носилки.

- Ничего не говори, сынок, - сказал шериф Гарету, когда вечером посетил юношу в тюремной больнице, которая находилась всего в нескольких милях от Ручья Воина, сараев салотопни и дома, где произошла перестрелка.

Несмотря на то, что Гарету оставалось жить недолго - у хирургов не было никаких сомнений на этот счет - его палата находилась под усиленной охраной, состоявшей из пятерых если не больше людей шерифа и двоих полицейских, а все отделение было опечатано. Снаружи дежурила телевизионная съемочная группа и историю о случившемся уже передавали в новостях по всему миру.

Горная деревушка, о которой долгие годы рассуждал один доктор Ульрик, теперь получила известность, и ее обсуждали, фотографировали и фиксировали в хрониках на глазах у зрителей пяти континентов.

Около полуночи у Гарета наступило временное улучшение.

- Я хочу об этом поговорить, шериф, - изъявил желание раненный

- Шериф ушел домой, - ответил ему один из полицейских.

Гарет взял его за руку и не выпускал из своей.

- Я не жалею о том, что сделал, - сказал юноша. - Не жалею, что убил их.

- Позже заявишь, - глухо отозвался человек, к которому он обращался.

Это был старый помощник шерифа, который, как и доктор Ульрик, знал Гарета с рождения. И он знал Ирен Уэйзи еще маленькой девочкой.

- Я не мог допустить, чтобы меня снова выкинули из жизни. Поймите, я не мог потерять Сиднея, я и так уже потерял лошадей и отца и обоих братьев... Но именно это и происходило прямо у меня на глазах, офицер! Я стал для них пустым местом, ведь друг друга они любили в тысячу раз сильней. А меня просто взяли да выкинули... Мне пришлось убить обоих, потому что я видел их жадные ласки, все это было у меня на глазах, поймите. Они отдавались своей любви так словно я перестал для них существовать, или меня вообще никогда не было на свете. Такое трудно вынести. Они были точно пара ангелов. Они смотрели друг другу в глаза так, словно нашли там обетованную землю.

Заместитель шерифа позвал медсестру и попросил ее "дать ему что-нибудь". Он уже поднялся со стула, что был приставлен к кровати Гарета, но юноша потянул его вниз, чтобы он снова сел.