Читаем The Beatles. Единственная на свете авторизованная биография полностью

Тоньше и сложнее всего строились его отношения с Полом — так, во всяком случае, казалось Брайану. Перед Полом он чувствовал себя в долгу. Однажды признался: «Мне кажется, Пол считает, что я ближе с Джоном, чем с ним. Но это неправда. Раньше — да, а теперь я одинаково люблю их всех». Он всегда дарил Полу особенно щедрые подарки. А вот «Битлз» редко дарили что-нибудь Брайану.

«Мелкие беспокойства ему причинял только Пол, — говорит Джоан. — Пол звонил, на что-нибудь жаловался, чего-то просил. Другие могли попросить ровно того же самого, но Брайан особенно переживал, как угодить Полу. После беседы с Полом мог расстроиться — от разговоров с остальными такого никогда не случалось».

Возможно, причина заключалась в том, что в 1967 году Пол впервые заинтересовался деловой стороной их отношений. Раньше только Джордж допрашивал Брайана по поводу контрактов — сколько они зарабатывают, нельзя ли побольше. Но когда Джордж увлекся религией, материальные вопросы перестали его волновать.

Брайан всегда принимал участие во всех делах группы, и иногда решения битлов ему не нравились, например сложный — с юридической, экономической и художественной точки зрения — конверт «Sergeant Pepper».

По словам Нэта Уайсса, весной 1967 года, приехав в Нью-Йорк, Брайан предчувствовал близкую смерть. В аэропорту Кеннеди он вбил себе в голову, что его самолет потерпит аварию над Атлантическим океаном. Перед отлетом он написал на обрывке бумаги записку и попросил Нэта Уайсса передать «Битлз» как его последнюю волю. Записка до сих пор хранится у Нэта. Там сказано: «Пакеты из коричневой бумаги для „Sergeant Pepper“».

Самолет благополучно долетел до Лондона, и «Битлз» так и не узнали, как Брайан переживал из-за обложки к «Sergeant Pepper». Они вообще были не в курсе многих событий последнего года его жизни.

8 сентября 1967 года Вестминстерский коронерский суд постановил, что смерть Брайана Эпстайна была несчастным случаем. Брайан умер от суммарной дозы бромидов, содержащихся в таблетках карбитрала, которые он принимал уже некоторое время. Содержание бромидов в организме оказалось на «нижней границе смертельно опасного уровня», но Брайан то и дело «неосмотрительно превышал дозу», и его убил кумулятивный эффект.

Вскрытие показало, что Брайан ни разу не принял смертельной дозы, но было несколько крупных передозировок. На суде сообщили, что Брайан принимал лекарство в качестве снотворного, так как постоянно страдал от бессонницы.

Кроме бромидов, в крови обнаружили антидепрессанты и барбитураты. Полиция доложила, что при обыске в доме найдено семнадцать пузырьков с таблетками — семь у кровати, восемь в ванной и два в портфеле.

Медицинская экспертиза показала, что от принятого количества бромидов Брайан мог стать вялым, невнимательным и неосторожным. Он умер от случайной передозировки.

Сомневаться в этом нет ни малейших оснований. Экспертиза также показала, что Брайан принимал очень большие дозы три дня подряд. При самоубийстве, как правило, однократно принимают смертельную дозу.

Маловероятно, что Брайан хотел покончить с собой, тем более в такой момент, когда его мать только что потеряла мужа. Пара мелких обстоятельств остались неясны, но, насколько можно судить, у Брайана не было особых конфликтов или конкретных причин для глубокой депрессии. Депрессия просто обострилась, когда длинные августовские выходные, которых Брайан так ждал, оказались настолько скучными.


Панихида по Брайану Эпстайну проходила в Новой лондонской синагоге на Эбби-роуд, Сент-Джонс-Вуд, 17 октября 1967 года.

Символичное место — в нескольких шагах от студии EMI, где при жизни Брайана записывались все песни «Битлз», и поблизости от дома Пола на Кавендиш-авеню.

Неподалеку и станция метро «Сент-Джонс-Вуд», где находятся ближайшие от дома Пола телефоны-автоматы. За всю жизнь Брайан воспользовался ими дважды. Первый раз — в 1962 году, когда, стремглав выбежав из студии EMI, бросился телеграфировать в Гамбург, спеша сообщить «Битлз» хорошую новость: у них будет пластинка! А второй раз — пять лет спустя, незадолго до смерти. Он оказался у дома Пола, но не мог зайти. Пола весь день осаждали фанаты, и он вообще перестал подходить к двери. Брайану пришлось найти телефон-автомат и позвонить Полу, чтобы тот его впустил. Брайан всегда считал эту историю очень символичной.

Джордж говорит, что весть о смерти Брайана сразила его, как старое кино. «Знаете, как там переворачивали страницу — показывали, что часть закончена и сейчас начнется следующая? Вот такой была смерть Брайана. Конец главы».

27

«Битлз» — от наркотиков до Махариши

Покончив с гастролями, «Битлз» понятия не имели, что будет в следующей главе. Десять лет, с 1956 по 1966 год, они не просто жили сообща — они проживали одну жизнь. Они оставались друг другу лучшими друзьями, собирались вместе записываться, но чувствовали, что каждому пора найти свой путь.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Ньювейв
Ньювейв

Юбилею перестройки в СССР посвящается.Этот уникальный сборник включает более 1000 фотографий из личных архивов участников молодёжных субкультурных движений 1980-х годов. Когда советское общество всерьёз столкнулось с феноменом открытого молодёжного протеста против идеологического и культурного застоя, с одной стороны, и гонениями на «несоветский образ жизни» – с другой. В условиях, когда от зашедшего в тупик и запутавшегося в противоречиях советского социума остались в реальности одни только лозунги, панки, рокеры, ньювейверы и другие тогдашние «маргиналы» сами стали новой идеологией и культурной ориентацией. Их самодеятельное творчество, культурное самовыражение, внешний вид и музыкальные пристрастия вылились в растянувшийся почти на пять лет «праздник непослушания» и публичного неповиновения давлению отмирающей советской идеологии. Давление и гонения на меломанов и модников привели к формированию новой, сложившейся в достаточно жестких условиях, маргинальной коммуникации, опутавшей все социальные этажи многих советских городов уже к концу десятилетия. В настоящем издании представлена первая попытка такого масштабного исследования и попытки артикуляции стилей и направлений этого клубка неформальных взаимоотношений, через хронологически и стилистически выдержанный фотомассив снабженный полифонией мнений из более чем 65-ти экзистенциальных доверительных бесед, состоявшихся в период 2006–2014 года в Москве и Ленинграде.

Миша Бастер

Музыка
Ференц Лист
Ференц Лист

Ференц Лист давал концерты австрийскому и российскому императорам, коралям Англии и Нидерландов, неоднократно встречался с римским папой и гостил у писательницы Жорж Санд, возглавил придворный театр в Веймаре и вернул немецкому городку былую славу культурной столицы Германии. Его называли «виртуозной машиной», а он искал ответы на философские вопросы в трудах Шатобриана, Ламартина, Сен-Симона. Любимец публики, блестящий пианист сознательно отказался от исполнительской карьеры и стал одним из величайших композиторов. Он говорил на нескольких европейских языках, но не знал родного венгерского, был глубоко верующим католиком, при этом имел троих незаконнорожденных детей и страдал от непонимания близких. В светских салонах Европы обсуждали сплетни о его распутной жизни, а он принял духовный сан. Он явил собой уникальный для искусства пример великодушия и объективности, давал бесплатные уроки многочисленным ученикам и благотворительные концерты, помог раскрыться талантам Грига и Вагнера. Вся его жизнь была посвящена служению людям, искусству и Богу. знак информационной продукции 16+

Мария Кирилловна Залесская

Биографии и Мемуары / Музыка / Прочее / Документальное
Хардкор
Хардкор

Юбилею перестройки в СССР посвящается.Этот уникальный сборник включает более 1000 фотографий из личных архивов участников молодёжных субкультурных движений 1980-х годов. Когда советское общество всерьёз столкнулось с феноменом открытого молодёжного протеста против идеологического и культурного застоя, с одной стороны, и гонениями на «несоветский образ жизни» – с другой. В условиях, когда от зашедшего в тупик и запутавшегося в противоречиях советского социума остались в реальности одни только лозунги, панки, рокеры, ньювейверы и другие тогдашние «маргиналы» сами стали новой идеологией и культурной ориентацией. Их самодеятельное творчество, культурное самовыражение, внешний вид и музыкальные пристрастия вылились в растянувшийся почти на пять лет «праздник непослушания» и публичного неповиновения давлению отмирающей советской идеологии. Давление и гонения на меломанов и модников привели к формированию новой, сложившейся в достаточно жестких условиях, маргинальной коммуникации, опутавшей все социальные этажи многих советских городов уже к концу десятилетия. В настоящем издании представлена первая попытка такого масштабного исследования и попытки артикуляции стилей и направлений этого клубка неформальных взаимоотношений, через хронологически и стилистически выдержанный фотомассив снабженный полифонией мнений из более чем 65-ти экзистенциальных доверительных бесед, состоявшихся в период 2006–2014 года в Москве и Ленинграде.

Миша Бастер

Музыка