The Beatles. Единственная на свете авторизованная биография

«Лично мне больше не нравится быть битлом. Все эти битловские штучки тривиальны и незначительны. Я сыт по горло этими „я“, „мы“, „нас“ и всякой чепухой, которой мы занимаемся. Я ищу решения куда более важных жизненных проблем… Видеть себя битлом — значит двигаться назад. Меня больше интересует будущее, но мне понадобится полгода, просто чтобы внятно объяснить тебе мои верования — индуистские теории, восточные философии, реинкарнацию, трансцендентальную медитацию. Когда начинаешь в этом разбираться, понимаешь, до чего бессмысленно все остальное. Наверное, для обычного верующего в Бога это чересчур радикально».

Зазвонил телефон. Джордж снял трубку. На том конце линии приглушенно захихикали. «Винный магазин в Ишере, — нетерпеливо огрызнулся Джордж. — Нет, извините». И повесил трубку.

На кухне сидели Патти и ее сестра Дженни — та как раз пришла, и они теперь вышивали. Обе в восточных одеждах из «Эппл-бутика». Обе погрузились в работу — очень тихие, серьезные, на губах полуулыбки. Из-за стены зазвучал ситар — Джордж приступил к занятиям. Мизансцена почти средневековая.

У Патти меньше помощниц по дому, чем у других битловских жен, хотя, когда у них с Джорджем появятся дети, ей наверняка понадобится помощь. По дому работает Маргарет. Обычно она ест вместе с ними, по-родственному.

Маргарет в основном занимается уборкой, а Патти готовит еду, вытирает посуду и помогает прибираться. «На самом деле дом не такой уж большой, как кажется. Полно хлама. Будь у нас больше слуг, они бы скорее мешали».

В местный супермаркет Патти тоже ходит сама. Только что купила плитку шоколада и пожаловалась, что на вкус как мыло. Отослала его обратно с жалобой. Правда, подписывать письмо своим именем не стала — Джордж научил ее избегать любой публичности. Патти поставила фамилию Маргарет. Надеялась в качестве компенсации получить несколько бесплатных шоколадок.

Из всех битловских семей Джордж и Патти ближе всех к равноправию. Оба очень современные — ну, как описывают современных супругов в журналах. Патти активнее других битловских жен разделяет интересы мужа. С самого начала она поддерживала интерес Джорджа к индийской культуре.

Однако она отчасти сохраняет независимость и свободу и периодически работает моделью.

Те, кто давно знаком с «Битлз», в один голос утверждают, что Джордж изменился больше всех. Заметили даже фанаты, наблюдающие за его развитием сравнительно недавно. Некогда он считался самым красивым битлом. А сейчас фанаты жалуются, что Джордж запустил усы и прическу и стал неопрятен.

Но это лишь снаружи. Внутренние перемены гораздо серьезнее. Джордж, самый младший битл, долгое время считался несмышленышем. Рядом с Джоном и Полом он многим казался мальчишкой. Джон и Пол были не по годам развиты — и физически, и сексуально, и творчески. Они начали писать песни задолго до того, как Джордж об этом хотя бы задумался.

У него был легкий комплекс неполноценности — впрочем, ничего серьезного. Син вспоминает, что Джордж вечно околачивался поблизости, когда ей хотелось побыть с Джоном наедине. Те же проблемы возникали у Астрид, когда она пыталась уединиться со Стю.

Джордж не особо успевал в школе и не проявлял способностей, какими обладал Пол. Он был простым подмастерьем, когда умный Пол учился в шестом классе, а Джон в Художественном колледже, и многие ошибочно считали Джорджа не столь способным.

Джулия, мать Джона, ужаснулась, когда Джон привел к ней знакомиться очередного друга с совершенно детской физиономией. Ей и Пол-то казался ребенком.

«Он был милый маленький мальчик, — вспоминает Астрид их гамбургские дни. — Просто малыш Джордж. Мы обсуждали ум, способности и таланты Джона, Стю и Пола, а про Джорджа как-то не говорили. Он взрослел не так быстро… Но он был отнюдь не глуп — никому это и в голову не приходило. Очень мило подшучивал над своим возрастом. Как-то на Рождество я им всем принесла подарки. Джон свой развернул первым — там маркиз де Сад, издание „Олимпии пресс“. Джордж берет свой и говорит: „Ну а тут, наверное, комиксы?“»

По крайней мере, у Джорджа всегда была гитара. Он учился играть еще фанатичнее, чем Джон и Пол, и выходило у него гораздо лучше. На сцене почти не улыбался — был очень сосредоточен. Но долгое время не брался больше ни за что, даже за рисование. Считал, что у него нет способностей.

Однако с конца 1966 года жизнь у Джорджа полнее всех. Он первым поднялся над битломанией. Не зная, к чему приложить силы, остальные завидовали его новым хобби. Он даже во многом стал лидером. Он не стремился к лидерству осознанно, как Джон во времена The Quarrymen. Другие сами пришли к Джорджу, привлеченные его новыми интересами.

Джордж сейчас меньше всех нуждается в обществе битлов. Остальные признаются, что скучали друг по другу в те месяцы, что провели сами по себе после прекращения гастролей. «Я вообще по ним не скучал, — признается Джордж. — Но было здорово все им рассказать после Индии».