The Beatles. Единственная на свете авторизованная биография

Да, он знал, что в Ливерпуле полно бит-групп и бит-клубов, но его они мало волновали. В свои двадцать семь он уже давно вышел из того возраста, когда ходят в кофейни и на концерты бит-групп. Кроме того, последние пять лет Брайан полностью посвятил себя бизнесу, а оставшиеся крохи досуга тратил только на театр.

Но Брайана раздосадовало, что он ничего не знает о новой пластинке, которую попросил покупатель. Раз уж эта группа, откуда бы она ни взялась, выпустила пластинку, уж он-то обязан знать. Поэтому, когда Рэймонд Джонс спросил пластинку «My Bonnie», Брайан ответил, что обязательно ее достанет, а в блокнот записал: «„My Bonnie“. „Битлз“. Проверить в понедельник».

Рэймонд Джонс упомянул, что пластинку группы «Битлз» выпустили в Германии. Хоть какая-то зацепка. Брайан созвонился с несколькими агентами — импортерами иностранных пластинок, но пластинки у них не было — они ее вообще не импортировали.

«Тут я мог остановиться, но у меня было твердое правило — не упускать ни одного покупателя… Кроме того, мне было интересно, почему совершенно неизвестную пластинку спрашивали уже трижды за два дня. Потому что в понедельник утром, еще до того, как я стал наводить справки, ту же пластинку спросили две девушки».

Воспользовавшись своими ливерпульскими связями, Брайан, к своему немалому изумлению, выяснил, что «Битлз» не германская группа, а британская — и, мало того, ливерпульская.

Он расспросил продавщиц из своего магазина. «Битлз», сообщили те, — это что-то потрясающее. Брайана ждал еще один сюрприз, — оказывается, «Битлз» бывали в его магазине. Несомненно, он много раз их видел, понятия не имея, кто они такие.

«Одна продавщица сказала, что это те парни, которые мне как-то не понравились. Весь день крутились у прилавка, слушали музыку, но ничего не покупали. Неряхи такие, все в коже. Но видимо, они вели себя прилично — девушки сказали, что я ни разу не попросил их покинуть магазин. Так или иначе, они частенько появлялись у нас после обеда».

Брайан решил сходить в «Кэверн» и разузнать о «Битлз» и их пластинке. Он был хорошим бизнесменом и рассудил, что, если группа, тем более ливерпульская, и впрямь так интересна, пластинку можно импортировать самому.

«Я не был членом „Кэверн“ и как-то побаивался идти в подростковый клуб. Опасался, что меня просто не пустят. Так что я обратился за помощью в „Мерси-бит“. Они звякнули в клуб, рассказали, кто я, спросили, можно ли мне прийти».

Первый визит Брайана в клуб состоялся в обед 9 ноября 1961 года. «Темень, сырость, вонища — я сразу раскаялся, что пришел. Шум оглушительный, усилители обрушивали на публику поток американских хитов. Помню, слушая эти песни, я сравнивал репертуар „Кэверн“ со своей „горячей двадцаткой“… Затем вышли „Битлз“, и я впервые увидел их на сцене. Довольно неряшливые и не очень чистые. Они пели и курили, ели, болтали и в шутку обменивались тумаками. Они поворачивались к публике спиной, переругивались с посетителями клуба, смеялись над своими шутками, для остальных непонятными… Но совершенно очевидно, они вызывали колоссальное возбуждение. Они будто излучали какой-то магнетизм. Я был покорен».

Особенно ему понравился Джон, самый голосистый и прыгучий. Брайан тогда еще не знал, кто из них кто, — разобрался он позже. А тогда не мог оторвать от Джона глаз.

Но он пришел не любоваться группой. Он пришел заключить сделку. Диджей Боб Вулер объявил в микрофон: так и так, в зале присутствует мистер Эпстайн из NEMS, поприветствуйте его аплодисментами.

Это возымело действие, и Брайану удалось подобраться к «Битлз» на расстояние окрика. «Что привело к нам мистера Эпстайна?» — с легкой иронией осведомился Джордж. Брайан объяснил, что у него заказали их германскую пластинку, но он не знает, какая фирма ее выпустила. Не помогут ли они? Джордж ответил, что пластинка вышла у «Полидора». Сам Джордж очень смутно помнит этот разговор. Остальные — Джон, Пол и Пит Бест — забыли напрочь.

Чтобы не так смущаться в подростковом клубе, Брайан стал брать с собой в «Кэверн» Алистера Тейлора, который работал за прилавком NEMS, но числился личным помощником босса. Брайан любил рассылать подчиненным письменные указания, хотя весь его штат уместился бы в телефонной будке, и вообще ему нравилось изображать начальника.

В голове у него прояснилось не сразу. «Меня интересовала только продажа пластинок. Но через пару недель я уже ходил в „Кэверн“ все чаще — слушал и наблюдал. Стал расспрашивать своих деловых знакомых, что представляет собой менеджмент группы. Как это делается? Вот допустим — только допустим, — я хочу стать менеджером; какие контракты заключаются с группой?»

Его знакомые в проблемах менеджмента не особо смыслили. Они, естественно, в основном занимались не производством пластинок, а продажей. Однако, поехав в Лондон по делам, Брайан больше обычного беседовал с генеральным директором магазина HMV на Оксфорд-стрит и управляющим музыкальным издательством «Кит Прауз».